Не дружеское чаепитие. Найти и потерять. Необычные мотивы День спасений. Верное решение. Принц Демонов.

Миссия выполнена.

Глава получилась большой, но слишком водянистой. Итак, бал начался. Убийцу ждут с распростёртыми объятиями и как оказывается не зря — он приходит... по крайней мере все так считают.

От автора: ага, меня не было целый год.

«Они называют себя нашими освободителями, нашими давно потерянными братьями, нашедшими нас в пучине нескончаемого космоса и давшими нам защиту. Но где была их “защита” во время первого вторжения зеленокожих? Где были их славные воители, когда мы в одиночку сражались с многомиллиардными легионами тиранид? Это мне неведомо… но одно я знаю точно – про нас давным-давно позабыли и привели к “согласию”, обещая помощь, только случайно наткнувшись на нашу планету. Глупо и не предусмотрительно с их стороны. Им наплевать на нас; им наплевать на нас настолько, что никто из летописцев их экспедиции не удосужился копнуть нашу историю чуть глубже; историю того, как мы смогли выжить среди многовекового хаоса, обрушивающего на нашу родину всё новые и новые испытания. Нам помогали; нас оберегали; нас возвышали для исполнения своего предназначения, и этот час настал! Мы – свободный народ и никто – кроме наших покровителей – не смеет ставить нам условия. И Они приказали, мне… нет! Они приказали всем нам: “сражайтесь с захватчиками, бейтесь за независимость, проливайте кровь деспотов”. Час пробил! Смерть лжеимператору и всем его рабам!

(Дословная речь одного из зачинщиков восстания – Ферразиуса Кейрона).

На момент занесения в протокол, Фобос 5 переживает уже третье по счёту восстание. Отправлен запрос на Экстерминатус, по причине недееспособности местного населения и его полного отказа от сотрудничества с любыми имперскими органами управления.

Дополнение к протоколу: «Лорд-генерал Крэйгон, при всём моём уважении к вам, я не понимаю, почему вы спустили служителям Министорума с рук столь заметную погрешность в переводе? Мне порядком надоело путать и указывать в рапортах НЕПРАВИЛЬНУЮ фамилию архиеретика. Запомните раз и навсегда: его зовут Ферразиус КЭйрон а не КЕйрон. Если мне придёт очередной отчёт, и там будет присутствовать КЕйрон, я буду вынуждена принять соответствующие меры.

«Андрастия. Инквизитор Ордо Еретикус».

***

Тепло. Тепло разливается по всему телу, подобно раскалённому желе обволакивая сосуды, мускулы, внутренние органы. Проходит несколько невыносимо долгих мгновений и Морс Вестфорд открывает глаза.

— Слава Пламени, я не опоздал. — Сказал Алистер, отсаживаясь в дальний конец гостевой комнаты.

Ветеран Ночного Дозора, осматривая себя, видит, что весь покрыт бинтами и припарками. Сам он лежит на какой-то штуке напоминающей толи спальник, толи неразвёрнутый брезент. Рыцарь, сидя за столом, за которым недавно была Астрид, внимательно следит за Вестфордом. Выходит, они находятся в том самом кубическом доме.

— Астрид… — Старый грифон попытался встать, но свежие раны угрожающе заныли, грозясь раскрыться и Морс, скрепя клювом прекратил тщетные попытки подъёма.

— Вам нужен отдых. — Посоветовал рыцарь, оглядываясь на дверь, ведущую к кухне. — Может вам принести чего?

Вестфорд продолжая пыхтеть, перевёл взгляд на потолок:

— Нет… спасибо. — Пробормотал он.

Шокирующая, известная немногим информация, превратилась в догадку и Морс, сменив тон на более привычный для него рык, вытаращив глаза, спросил:

— Погоди, если я жив, а целителей рядом не наблюдается то… — Не закончив фразу, грифон начал неистово отплёвываться, попутно забираясь лапами в полость клюва, словно пытаясь вытащить свой язык. — Проклятый огнепоклонник!

— Сэр Морс, я спас вам жизнь и то же самое хочу сделать для вашей дочери. Мне кажется, что я, по крайней мере, заслужил нечто большее чем “спасибо” и последующие нелестные теологические придирки. — Отозвался рыцарь.

Зло кряхтя, Вестфорд развернулся на бок, невольно соглашаясь со словами подчинённого. С их последней встречи – не считая “разоблачения” – Алистер совсем не изменился, словно и не старел. Должно быть некое зебриканское зелье…

— У-у-угх! — Простонал ветеран, после очередной неудачной попытки подняться.

Алистер незамедлительно подбежал к грифону:

— Прекратите себя истязать иначе…

Брат Ночного Дозора был перебит, резкой хваткой за ворот. Стараясь вырваться, рыцарь дивился силе, обычного на вид старика, легко притянувшего его к себе.

— А сейчас ты ответишь на все мои вопросы. — Угрожающе прорычал Морс, приподнимаясь на свободном локте.

— Какие вопросы, сэр Морс? Вам нужен отдых. — Запротестовал Алистер, переставая дёргаться.

Старый грифон недобро оскалился:

— Ну, нет, мой дорогой спаситель, теперь, когда я начинаю всё понимать, ты никуда не уйдёшь, пока всё мне не расскажешь.

— Полагаю, вы не отстанете. — Обречённо вздохнул Алистер. — Спрашивайте.

Морс, уже едва сдерживаясь от боли, сделал вид, что отпустил рыцаря по доброй воле. Ещё бы немного и он рисковал потерять сознание от перенапряжения.

— Как ты меня нашёл? — Задал свой первый вопрос, Вестфорд.

Получивший свободу Алистер, сев поодаль на пол начал отвечать:

— После смерти человека, когда мы вернулись в наше временное прибежище, я заметил, как вы занервничали и в спешке удалились, но не придал этому должного значения. Не зная, чем себя занять, я решил проведать Бладнайф и…

— Не упоминай при мне имени этой грязной суки! — Прохрипел Морс.

— Как скажете, но… — Алистер замялся. — Её тоже можно понять.

— Ближе к делу. — Теперь голос Морса был больше похож на шипение гремучий змеи.

Сглотнув ком в горле, рыцарь из-за неимения по близости стула или табурета, уселся на привычный для него пол – Ещё одно такое шипение и у Алистера могли подкоситься лапы. Между тем он продолжил:

— Зайдя в комнату к… ней, я обнаружил, что она пустует, причём уже несколько минут. Стало ясно, что вы оба что-то скрываете. К счастью я быстро наткнулся на её след, ведущий к соседней улочке. Пускай мне далеко до настоящего следопыта, но найти, не старающуюся скрыться грифоншу в пустующем городе могу даже я. В итоге её следы вывели меня к этому необычному кубическому особняку. Скажу честно – место для укрытия вы выбрали просто ужасное: мало того, что дом построен в каком-то артхаусном стиле, привлекающем внимание любого здравомыслящего существа, он ещё вдобавок находится в самом пустующем квартале, что позволило Валлару спокойно совершить самосуд без свидетелей. — Алистер поглядел на прикрывшего глаза ветерана. — Морс?

— Я слушаю, слушаю. — Тихо протянул Вестфорд.

Переведя дыхание от безостановочного пересказа недавних событий, Алистер стал рассказывать дальше:

— Мне удалось затаиться на крыше одного из магазинчиков по соседству – благо все грифоны Валлара были заняты вами – и застать его головорезов за шпигованием вас болтами. Самое неприятное это то, что со стороны всё действительно выглядело как нападение: Валлар что-то сказал, вы нагнулись, достали кинжал и выпрямились во весь рост, буквально излучая гнев. Поэтому если кто помимо меня и видел эти бесчинства, то, скорее всего их показания будут направлены против вас. Дальше произошло нечто совсем из ряда вон выходящее – все, за исключением двух грифонов покинули дворик. Когда все ушли, они подошли к вам и уже собирались унести ваше тело. И тут перед ними приземлился я. Не хочу хвалиться – не по-рыцарски это – но завидев меня, они даже не попытались сражаться и попросту ретировались. Затем я втащил умирающего вас в дом и…

— Воскресил… — Скривив лицо, закончил за рыцаря, Вестфорд. — Но если ты обладаешь этим “даром”, — Последнее Морс выговорил с едва сдерживаемыми рвотными позывами, — то почему ты не помог человеку?

— Я ожидал, что вы это спросите, — Закивал Алистер, мимолётом глядя на ветку синего кустика, едва виднеющегося в разбитом окне. — На самом деле всё логично: человек получил не совместимую с дальнейшей жизнью травму и умер бы в любом случае. Насколько я успел разглядеть – ему разорвали гортань. Думаю, объяснять не надо, какие неприятные ощущения его бы ожидали после моего вмешательства? На самом деле я и в вашем возвращении не был уверен, но к счастью ошибся. — Рыцарь ещё больше отвернулся от Морса. — И попытайся я помочь человеку своим способом, кое-кто мог неправильно расценить мой благородный порыв.

— Да, вас за один такой специфический обряд пол королевства хочет насадить на пики. — Хмыкнул Морс, растягивая слишком туго завязанные бинты.

Алистер нервно дёрнул левым веком:

— Обряды не выдумывают. Наш орден помнит их со стародавних времён и передаёт без изменений из поколения в поколение.

Морс, словно не слыша рыцаря, продолжил снимать с себя лишние, по его мнению, повязки. Когда на нём осталось всего несколько полосок марлевой ткани, закрывающих особо глубокие раны, Вестфорд задал свой последний вопрос:

— Как это произошло? — Голос его был сух, как пустынный каньон.

— Я знаю не больше остальных. — Как-то неопределённо ответил Алистер.

— Как это произошло? — В точности повторил свой первый вопрос Морс, даже ничуть не изменив голоса. — Мне нужна твоя версия.

По рыцарю было видно, что вспоминать события пятнадцатилетней давности он хотел не больше Вестфорда. “Королевский” грифон, хмуро оглядев прихожую, снова начал разглядывать кусты, за разбитым окном, спасаясь от пристального взгляда ветерана.

— Тогда, с момента вашего отъезда прошло около месяца. — Еле заметно заикаясь, начал Алистер. — Гражданская война подходила к концу, но в пригородах и мелких посёлках всё ещё бродили банды дезертиров и мародёров. Ваша семья была надёжно укрыта в Хвойной Долине и охранялась несколькими воинами из нашего ордена.

— Погоди-ка, — Резко перебил Морс, руша предположения Алистера о его полусонном состоянии. — Как тебе удалось убедить своего магистра-сифилитика приставить к ним охрану? Сколько мы с ним были знакомы, я точно знаю – из всего вашего ордена он единственный кто мог отказать мне и моим близким в помощи. Так как ты уговорил его?

— Магистр не знал, — Скрепя клювом, ответил рыцарь. — Все воины были непосредственно моими подчинёнными и исполняли только мои приказы. У меня под командованием была лишь горстка грифонов, но это была полная рыцарская свита, и большего я себе позволить не мог, — Алистер на ощупь, взяв с пола рифлёный стакан, трясущимися лапами поднёс его к себе. — В тот день у меня появились дела. — Смешок рыцаря больше напомнил карканье, когда он, не притронувшись к содержимому стакана, поставил его обратно. — Даже не помню, что я должен был делать… вроде, это была очередная бумажная волокита, которую на нас частенько спихивали жрецы. После нескольких утомительных часов составления расписаний и распределения обязанностей среди неофитов, я, наконец, смог вернутся, — Алистер несколько раз сморгнул набегающие слёзы. — Там… все были мертвы. Повсюду на поляне были разбросаны тела моих подопечных и… и Силены. В живых ни осталось никого, и лишь ваша дочь бесследно исчезла.

— Что было причиной их гибели? — Спросил Морс.

Алистер в очередной раз замялся.

— По-разному. По большей части колотые и рубленые раны.

— Значит, на них напали. — Ветеран, привстав на четвереньки, даже не подал виду, когда на повязке с левого бока, начала расползаться красная клякса. — Но ты сам говорил, что ваши мечники стоят десятерых простых воинов, не говоря уже о голодных и уставших дезертирах. Как простые бандиты смогли одолеть охрану? Если я правильно расценил твои слова, то твои грифоны успели принять бой, иначе застань их врасплох, скорее всего, прирезали бы прямо в доме, где узкие коридоры и трудно защищаться.

— Вот этого я и сам не могу объяснить, — Рыцарь с сожалением опустил голову. — Когда об этом узнал магистр Альбрехт, меня изгнали из ордена позволив забрать только личные вещи и немного припасов. Моя жизнь, как и ваша, потеряла смысл, и после долгих странствий по королевству я решил вступить в Ночной Дозор. Риск, встретить вас был невелик, но я всё равно потратил последние сбережения на зелье преображения, — Алистер достал пустой флакончик без этикетки. — От его дозировки зависит и эффект. Можно выглядеть как кто угодно: старик, юноша и даже молоденькая девушка.

— Ты выбрал второе, — Догадался Вестфорд. — Но меня не проведёшь – запах страха очень трудно скрыть. Прошло так много лет… дай взглянуть на тебя настоящего.

На последней фразе Морс, слегка занервничал и не мудрено – одно дело узнать старого приятеля по характерным признакам и усердно замаскированному лицу и совсем другое увидеть, каким он стал пятнадцать лет спустя.

Алистер встав во весь рост, развернулся к Вестфорду, выпятив когти с силой вонзил их себе в надбровные дуги. Послышался неприятный хрустящий звук, и на сапоги рыцаря упало несколько клочков искусственно выросшей кожи и перьев.

— Дерьмовое тебе зелье втюхали. — Заметил Морс.

Алистер, наверное, это и так знал – иначе бы не носился как угорелый со своим шлемом. Отличия были незначительны: Появилось несколько новых морщин и торчащего пуха; под глазами, как и у большинства грифонов среднего возраста, были видны фиолетовые мешки (не тени). Окрас тоже остался неизменен – всё тот же… “королевский”.

— Время тебя пощадило. — Сказал Вестфорд, смотря на “настоящего” рыцаря. — Ты уже не похож на того пухлого птенца с огромными глазищами.

Улыбнувшись краем клюва, Алистер подойдя к окну, выглянул наружу. Вечером Кентерлот был прекрасен, как впрочем, и в любое другое время. Картину ночных улочек с только-только загорающимися в домах окнами, портила размазанная от середины дворика до самого крыльца кровь. Нужно было прибраться или хотя бы спрятаться в другом месте…

— Знаете… — Начал Алистер, напрочь забыв о плане конспирации. — Я ведь стал рыцарем только благодаря вам. Вы помните ту дождливую осень?

Гнев Морса стал испаряться как уходящий сквозь раздвинутые когти песок.

— Припоминаю. Гм, кажется, мы ехали на светский приём её святейшества. Это было ещё до моего знакомства с Силеной.

Ветеран, снова погрустнев, встал на четвереньки и начал пробовать ходить, иногда хватаясь лапами за различные интерьерные выступы. Алистер всё ещё глядя на вечернюю столицу гармонии, продолжил за Вестфорда.

— Вы шли в третьем ряду, слева от главного знаменосца. Видели бы вы себя со стороны: стройные ряды закованных в латы грифонов, шагают ровным строем ни на миллиметр, не отставая от своего соседа. Ваше войско было больше похоже на огромное чудовище из стали и дерева, которое неумолимо ползло по главной площади, прямо к дворцу матриарха.

— И среди встречающих, был ты. — Морс, твёрдо, стоя пока ещё на четырёх лапах, быстро перехватил инициативу рассказчика. — Не умеющий ни то, что летать – нормально бегать, ты так и расселся на своей пятой точке перед нашей колонной, уронив до земли клюв.

— Я и сейчас не могу решить, какие эмоции тогда во мне преобладали: страх или восхищение? — Сказал Алистер, отколупывая от рамы, последний острый осколок слюдяного стекла.

— Да уж. — Усмехнулся Морс. — Мне пришлось как последнему идиоту, выбегать из строя и взяв тебя в охапку, нести обратно к толпе. — Ветеран, снова сел на самодельную лежанку, на этот раз, готовясь встать на задние лапы. — Мне стало так неловко – стоять с чужим птенцом на лапах и звать его мать, когда все мои сослуживцы уходили в раскрытые парадные ворота без меня. Эх, столько благодарностей на меня не высыпалось даже в моём сне, где матриарх дарит мне собственное перо за спасение королевства от нашествия драконов. Помнится, ты ещё ну никак ни хотел от меня отцепляться и мы с твоей матерью знатно повеселили народ, отдирая тебя от моего новенького нагрудника.

Представив себе эту сцену, Алистер сдержанно усмехнулся.

—А-а-а, помню-помню. Я тогда очень сильно испугался за свою шкуру и искал у вас спасения. Да-да-да, вспоминаю, как дома мне прописали такого ремня, что я на всю жизнь запомнил. Потом, ваш полк загостился в Небесной Гавани и мы с вами даже иногда пересекались. Что для меня тогда было самое приятное – вы меня узнавали и даже здоровались, хотя ваш социальный статус позволял вам без зазрения совести проходить мимо таких как я и даже не удосуживаться кивком.

— А потом ты захотел стать “лыцалем”. — Растянулся в уже чистой улыбке Морс.

— Я что, так и сказал? — Сдерживаясь от смеха, спросил Алистер.

— В точности так. — Подтвердил Вестфорд. — Мы тогда с тобой заболтались аж до полуночи. Мне было очень трудно объяснить тебе, что рыцарем можно стать только за особые заслуги или же по праву рождения. Для своего возраста ты перенёс потрясение очень даже сдержанно. И почти не плакал.

Морс, приложив немалые усилия, встал на задние лапы. Всё ещё покачиваясь из стороны в сторону, он подошёл к окну к соседнему целому окну.

— Мне тогда было действительно плохо. — Обернулся Алистер в нужный момент, готовясь поймать, ослабленного ветерана, способного завалится в любую минуту. — Но надежда умирает последней и при следующей нашей встрече вы были уже женаты, и у вас подрастала дочь, а я только-только постиг учение Пламени. Пускай вы и не одобряли мой выбор и даже выступали против моего ордена на заседаниях совета старейшин, мы с вами всё равно оставались хорошими друзьями, и я постоянно напоминал себе, благодаря кому я решил облачиться в латы.

— Алистер, ты до сих пор верен данной тобою мне клятве? — Спросил Морс, глядя в глаза рыцарю.

— Именно поэтому я и здесь. — Отчеканил огнепоклонник, не отводя взгляда.

Ветеран, сделав несколько шагов, оказался прямо перед рыцарем. Положив ему на плечи, свои передние лапы, Морс произнёс:

— Если ты действительно верен клятве, то обещай мне, что вытащишь Астрид из этой передряги. Теперь нам снова есть, кого защищать и мы не должны от этого отмахиваться. Делай, что хочешь и в случае чего, вали всё на меня – я подтвержу, что отдал безоговорочный приказ. Прошу тебя, спаси мою дочь.

— Я сделаю всё возможное. — Сказал Алистер, снимая с плеч тяжёлые пятерни. — А вам лучше прилечь – покой нам в последнее время только снится.

Ветеран лишь покачал головой и медленно прислонился к стене.

— Нет Алистер, у меня есть ещё один незаконченный разговор. И даже не думай меня останавливать. — Старый грифон, встав поодаль, поднял к потолку сжатый кулак. — Этот сын шлюхи думает, что может творить беспредел, прячась за своих псов? Как бы ни так – я приду на бал, выпущу ему кишки и заставлю сожрать их на глазах всего высшего общества.

— Очень надеюсь, что про кишки вы не всерьёз. — Алистер подошёл к Вестфорду. — Допустим, вы беспрепятственно проникните на бал. А что дальше? Обвините Валлара в собственном убийстве? Попробуете зарубить его и скорее всего, погибните, пустив насмарку все мои труды и счастье вашей дочери? Морс, просто отдохните, а я попробую…

— Не будь дураком, — Процедил ветеран, ища свой топор, нещадно переворачивая всё, что не прибито к полу. — Валлар не оставит Астрид в покое, даже после вынесения приговора. Более того – он что-то замышляет. Я чую это. Если принцессы не идиотки – как считают некоторые – то они примут меня и дадут вызвать его на поединок.

— Поединок? Да вас ветром вот-вот сдует. В таком состоянии вы не сможете поднять даже короткий меч. Я уже молчу о вашей секире. — Протестующе заявил Алистер.

Найдя свой топор, всё это время стоящий на самом видном месте, прислонённым к небольшому гардеробу песочного цвета, Морс, взяв его за темляк, потащился с ним к выходу.

— Я не собираюсь отлёживаться, пока Астрид грозит опасность. Ты прав – сейчас я слаб, но на балу, в центре внимания, он не посмеет натравить на меня своих прислужников. Это слишком даже для него. Если всё пойдёт, как я задумываю, то может быть тебе и не придётся марать лапы, держа своё слово. — Остановившись на пороге и глянув на готового задать вопрос рыцаря, Морс вяло поднял лапу. — Удивлён, что я доверяю тебе после всего этого? На самом деле у меня попросту нет выбора. Воины Валлара – отъявленные головорезы и если за Астрид будет бой, то я буду обузой. Меня это не устраивает. А вот победив его в поединке, у меня появится шанс всё исправить… осталось только победить.

— Ждите меня здесь. — Коротко бросил Алистер и скрылся на втором ярусе.

Не прошло и полуминуты, как рыцарь, скребя по дощетчатому полу когтями, вернулся к Морсу.

— Вот. Берёг на особый случай и видно сейчас как раз он. — Сказал огнепоклонник, протягивая полупустой фиал. Внутри плескалась и булькала ярко-красная жидкость.

— А человек к особым случаям не относится? — Недовольно спросил Морс, встряхивая целебный напиток и прищуриваясь, глядя, на лопающиеся за тонким стёклышком пузырьки.

— Гортань… как глотать? — С сожалением, вздохнул рыцарь.

Отломив от фиала горлышко, Морс, взболтнув содержимое, стал подносить целительный настой к раскрытому клюву.

— Я могу спасти Астрид сам, но тогда Валлар успеет окончательно втереться в доверие к принцессам, и дальнейшие события будут развиваться слишком печально… для всех нас. — Опрокинув в себя содержимое, старый грифон ощутил приятную теплоту по всему телу. — Алистер, вот мой план: я иду на бал и вывожу ублюдка на чистую воду, а ты тем временем помогаешь Астрид. В случае успеха, встречаемся у центрального фонтана в полночь. Готов?

— Как и раньше, мой ответ неизменен: я с вами до конца. — Гордо приосанившись, ответил рыцарь.

Вестфорд, коротко кивнув, ударом задней лапы выбив дверь, вышел на залитое собственной кровью крыльцо, и полной грудью вдохнув свежий вечерний воздух, произнёс:

— Бастард, ты поплатишься за свою дерзость. Очень рассчитываю, что ты попытаешься изобразить из себя грифона чести и согласишься на поединок. Что ж, твои предки в Чертогах Мёртвых скоро примут пополнение.

***

Ночь прекрасна. Удивительно, почему большинство пони, так мало любуются этим прекрасным временем суток? Их принцессы из кожи вон лезут, опекая страну и подданных от лишних забот да неприятностей, в то время как на далёком севере, каждый заботится о себе сам. Знай, большинство пони, как им повезло родиться в Эквестрии, управляемой столь добрыми и бескорыстными правительницами, которые ничего не просят взамен, кроме счастливых улыбок, они бы непременно, улучали часик-другой на созерцания затянутого тёмным полотном из звёзд небом. Просто потому что это красиво. Просто потому что, одной из сестёр будет от этого очень приятно. Просто потому что у них такая безмятежная жизнь, и они легко могут себе это позволить.

— Так и знал, что найду вас именно здесь. — Раздался с правой стороны, низко посаженный голос.

Одетый в зловещий чёрный плащ человек, подобрав под себя ноги, уселся на выступающий из подсыхающей почвы корень, рядом с сидящей под кроной старого клёна, солнечной принцессой. Перед бугорком, на котором рос этот самый клён, располагалось кристально чистое озерце, c поверхности которого отражались колеблющиеся мелкими волнами, лунные блики. Самое пасмурное время года ещё не наступило, поэтому риск поймать за шиворот несколько опавших листьев, был минимален.

— Здравствуй Странник. — Растаяла в улыбке Селестия. — Вот, решила посидеть на природе. От дворцового лабиринта у меня скоро клаустрофобия разовьётся.

Человек ничего не ответил. Он просто сидел рядом, а из-под его капюшона тянулся еле заметный шлейф пара. Прохладно сегодня.

— Как у тебя дела с работой? — Спросила солнечная принцесса, обращая внимание на единственный наруч закреплённый на руке безымянного.

— Ась? — Встрепенулся Странник, поворачиваясь к аликорну. Человек ещё не вошёл в так называемое “Эквестрийское настроение”, и был по своему раннему обыкновению очень задумчив. — С работой всё замечательно. — Шуточно спрятав ладонь под воротник, и гордо вскинув голову, Странник произнёс. — Отныне можете звать меня – Мастер Распутывающий Реальности… звучит, да?

Селестия, некоторое время, посмотрев в пустоту капюшона, неожиданно спрятав мордочку в передние копыта, глупо захихикала. Просто пришелец вызывал такой контраст, выглядя, как злодей из второсортных романов и говоря всякие глупости, что принцесса не смогла сдержать нахлынувший смех. Странник, делая вид, что чешет подбородок, сам едва сдерживаясь от беспричинного для него хохота, захлопнул ладонью рот.

— И чем ты занимаешься? — Просмеявшись, поинтересовалась Селестия.

По чёрной пустоте на месте его лица, было трудно судить об эмоциях, но аликорн заметила, как смертный нахмурился. Застрекотали цикады.

— Да ничего такого особенного. — Стряхивая со спины чешуйки коры, пробурчал Странник. — Я, так сказать, беру след какой-либо тварюшки; нахожу её и действую по обстоятельствам.

— Ты охотник? — Поражённо ахнула принцесса.

— Ну не… ни совсем. — Безымянный пододвинулся ближе. — Существует некий коридор, позволяющий личностям с определённым даром и умением, перемещаться… на очень большие расстояния. Некоторые нехорошие существа используют это в корыстных целях, а их за это ловлю и наказываю. А-та-та, все дела.

Селестия всерьёз заинтересовалась существами, скачущими меж мирами и Странник не особо противясь, делился с ней своим небогатым опытом. Принцесса видела, что человек что-то скрывает, но это его личное дело и вообще, его рассказ – дело добровольное.

— А у них есть возможность, воздействовать на другие миры не напрямую, а косвенно? — Поинтересовалась аликорн, после того, как человек закончил.

К её удивлению, безымянный, невнятно забормотав, перевёл стрелки разговора.

— Не знаю… а вы собираетесь возвращаться в Кентерлот? Вас должно быть уже обыскались.

— Ох, я, пожалуй, ещё тут посижу. Мне и спать особо не хочется. — После этих слов, в горле Селестии появился предательский комок, и она не в силах противится, протяжно зевнула.

— Это из-за вчерашнего случая? — Сочувствующе спросил Странник. — Вам, правда, так страшно из-за обычного сна?

Принцесса зябко повела крыльями. После вчерашней ночи, она долго не сможет заснуть. А потом её ещё безымянный застал за литьём слёз…

— Я на самом деле не хочу спать. — Уверенно произнесла белоснежная богиня, вытряхивая из гривы одинокий трёхконечный листик.

Сколько она бодрствовала? Неделю? Две? Селестия забыла… Подготовка к балу требовала таких затрат как времени, так и средств, что аликорн давно уже перебивалась редкими минутами дрёмы, а тут такое… Интересно, а сколько способен не спать, человек?

— Оно и заметно. — Безымянный смотрел на клюющую носом Селестию. — Я слышал, экологически чистый воздух способствует хорошему сновидению, и многие мои знакомые очень часто спят под открытым небом. Вы тоже можете попробовать и если хотите, я останусь посидеть рядом.

— Рядом? То есть прям рядом… прямо тут?! — Удивление несколько заглушило сонливость аликорна и она непонимающе смотрела на Странника.

— А что такого? Вы никогда не спали на траве?

«Я никогда не спала рядом с существом из другого мира». — Мысленно ответила Селестия.

Стоило бы разъяснить человеку, что принцессы не должны показывать слабость ни в чём и никому но…

— Ваша крылатость, мне покинуть вас? — Спросил Странник, глядя на смущённую кобылку.

Аликорн повторно заглянув в зево капюшона, отрицательно покачала головой. Дело осталось за малым – устроится на ночлег. Селестия не хотела просить своего “сторожа” подвинуться или отдать плащ – пускай сейчас и прохладно, но насколько она могла судить по рукам и лицу человека, волосяной покров у его расы преобладал в основном на голове и то был во много раз менее теплоёмкий, нежели её же грива. Шерсти, судя по всему у Странника не было вообще… или была?

— Неудобно? — Поинтересовался безымянный, наблюдая за ёрзающем на свободном клочке земли, аликорном.

— Тут всё такое рыхлое и неустойчивое, я никак не могу… эй, что ты дел…

Селестия потеряла ход собственных мыслей, когда её щека соприкоснулась с грубой чёрной рубашкой. Человек не стесняясь, просто уложил её величество у себя на груди. Это было… так необычно. Принцесса, прикрыв глаза, слушала равномерное постукивание смертного сердца. На душе стало погано, когда она поняла, что рано или поздно ему суждено остановится. Несколько слезинок скатилось по носику аликорна и с небольшой задержкой капнули на протёртую штанину.

— Спокойной ночи. — Прошептал Странник, согревая остренькое ушко тёплым дыханием.

Аликорн, умилительно причмокнув губами, погрузилась в сон и безымянный не теряя времени, зарылся руками в плавно развивающуюся гриву. Ну, ничего себе! От белоснежной принцессы тянулось с дюжину ментальных следов, ведущих в одно место – Мир Паука. Странник, воспроизведя в памяти абзац из книги, выданной Джуффином, быстро понял, что к чему. Всё, кроме одного – кому потребовалось насылать на аликорна такое неимоверное количество злобы? Естественно, эмоций было куда больше, но злоба была основополагающей.

— «А вдруг она действительно тиран?». — Искра сомнения ужалила безымянного не хуже осы.

Между тем, “тиран”, фыркнув во сне, протиснулся мордочкой в разрез на рубахе Странника, залезая носом во внутренний карман. Бредовая гипотеза рассыпалась прахом, даже не успев окончательно сформироваться.

Для большего комфорта, человек, обдирая одежду об острые выступы коры, плавно сполз на спину. Лежать на холодной, усеянной толстыми корнями земле, безымянному было неудобно. Осторожно, стараясь не потревожить почивающую принцессу, Странник сдвинулся чуть вбок, освобождаясь от настойчивой мордочки, которой полностью залезть под рубаху мешал некстати цепляющийся за пуговицы рог.

Решив, что стало слишком холодно даже для повелительницы солнца, Странник, ловко стянув с себя плащ, накрыл им правительницу Эквестрии. Так и не проснувшись Селестия, наконец, оставив в покое рубашку, недовольно ворча во сне, пристроила свою голову ближе к шее безымянного. Становилось по-настоящему прохладно и тёплый пар дыхания, растворяющийся в ночном воздухе, только больше напоминал об этом. Чтобы хоть как-то отвлечься от зарабатывания себе менингита, человек подняв одну руку к небу и засучив зубами рукав, развернул её к себе внешней стороной предплечья. На ней красовалась татуировка, смысл которой Странник не мог понять и по сей день. Чаще всего эти примитивные знаки отличья чаще всего встречаются в мирах населённых дикарями, носящих такие татуировки, как знак того, что они принадлежит к тому или иному племени/клану/стаду. Но безымянный точно знал, что он не дикарь. Дикари не попадают в коридоры между мирами и уж тем более не выживают там.

«Так кто я такой?» — Спросил сам у себя Странник, глядя на загадочный символ. Он был тёмно-бардового цвета, наводя на параллель с запёкшейся кровью. Его нижняя часть была в виде равнобедренного треугольника с остроконечной вершиной, посередине которой была одна линия; эта линия отделяла треугольник от верхней части – галочки с загнутыми краями. Вместе они образовали неизвестную науке фигуру, больше походящую на руну. Руну… нет, человек давно перебрал всевозможные книги по этим древним языческим буквам и ничего не нашёл. Может плохо искал?

Пока Селестия мирно дремала у Странника на груди, он размышлял. Размышлял о том, что ему предстоит сделать. Чудно и одновременно смешно – пока принцесса спит, Странник никуда не денется, а следственно его карательная операция переносится на неопределённый промежуток времени. Приговорённые ещё могут, исправиться… жаль, они этого не сделают. Убивать не было никакого желания. Совсем не было. Но когда перед глазами Странника всплывало залитое слезами личико аликорна, его начинало натурально клинить от закипающей злости, ничуть не уступающей той чистой ненависти, что однажды обрушилась на Селестию. Возможно, загадочная руна имела к этому непосредственное отношение.

Размышляя, Странник не заметил, как его укрыло одинокое белоснежное крыло. Аликорн, продолжая делать вид, что спит, причём очень давно, прижалась к человеку ещё сильнее. Безымянный лишь устало вздохнул – даже сейчас она боится заснуть.

Судьба двенадцати была предрешена, и только белоснежная кобылка, столь искренне ненавидимая ими, удерживала палача на месте.

А может они всё-таки исправятся?

Даже в сказочной стране, такое чудо маловероятно…

***

— Тия, ты собиралась показать мне какие-то очень важные документы. — Луна озадаченно косилась, на свою замечтавшуюся сестру.

Две венценосные принцессы стояли напротив невзрачной стелы, подаренной им грифонами после окончания Эпохи Раздора. В небольшой завешанной полупрозрачными шторами комнатке, она была на пол стены и еле пробивающийся через дорогущий шёлк свет, освещал древнее изображение великой битвы. Самое примечательное было то, картина была словно частично затёрта. С правого края и до самой середины, многочисленное войско грифонов, искусно выбитое в камне. С левой стороны не было ничего. Только размазанные силуэты невиданных существ, при очень близком рассмотрении отдалённо напоминающих людей, тянулись к пернатому воинству своими лапами-кляксами. По легендам, род грифонов был на грани истребления, и спасло его лишь отвага и самоотверженность его представителей. В той ужасной войне, грифонов погибло больше, чем за последние несколько тысяч лет. “Они” – как называли чудовищ грифоны, были побеждены и отброшены за пределы королевства. Говорят, их вид был настолько омерзителен, что тогдашний правитель приказал во всех упоминаниях о “них” стереть любые изображающие их рисунки или шуточные карикатуры. Шли века, тысячелетия; память о загадочной расе постепенно таяла подобно попавшей на губу снежинке и только время от времени пропадающие в бесплодных пустошах патрули Ночного Дозора, напоминали о никуда не исчезнувшей опасности.

— Ти-и-и-я! — Недовольно протянула Луна, обижаясь на такое наглое игнорирование.

— Извини Луна, я задумалась. — Виновато кивнув, Селестия развернулась к стеле.

Рог белого аликорна засиял как сотни солнц, и каменная картина сдвинулась в сторону, открывая взору гладкую стену с единственным отверстием на уровне диадемы Селестии. С помощью всё того же рога открыв сейф, белоснежная правительница левитировала на появившийся из дымки небольшой журнальный столик, целую кипу папок и конвертов.

— Вот эта, с красной печатью. — Покровительствующим жестом Селестия указала своей сестре на одну из скреплённых сургучом папку.

Ближе левитировав к себе документ, Луна иронически прочитала заглавие:

«Неконтролируемое размножение тундровых леммингов и последующая миграция виверн».

— Хи-хи, не то. — Селестия с первого раза выудила нужную папку, ничем не отличимую от той, что лежала перед Луной. — Почитай и всё поймёшь.

Теперь сумеречному аликорну стало понятно, почему её сестра уделяет столько внимания одному из лордов: Валлар Форд, оказался тем, кто кроме принцесс и матриарха внёс вклад в налаживание всех возможных связей между двумя странами, причём вклад его составлял больше чем у всех трёх правительниц вместе взятых. Новоявленный лорд смог добиться того, что было не под силу даже матриарху – убедить присутствовать на Эквестрийском балу представителей всех кланов, включая даже враждующие и просто недолюбливающие друг друга. Как простому, только недавно вступившему в должность лорда, грифону, удалось всё это провернуть – нигде не указывалось.

— Значит, это его заслуга в столь скоротечной установке союза? — У Луны никак не получалось поверить в то, что грифон с внешностью главного антагониста серии книг «Властелин дисгармонии», оказался самым преданным слугой своего королевства, буквально в одиночку свершивший невозможное для своей страны. — Но почему ты сразу мне об этом не рассказала?

Селестия с улыбкой посмотрела на свою младшую сестру – ей ещё столькому нужно научиться.

— Луна, я до последнего надеялась, что ты сама сможешь разглядеть в Валларе добрую сторону, но видно не судьба, — Селестия приобняла сумеречного аликорна. — Не держи на меня зла за сказанное, но ты вопреки моим советам, продолжаешь судить по внешнему виду, а правительницы так не поступают.

Младшая принцесса позволила себе расслабиться, отвечая на объятия.

— Но я не сужу о нём по виду, просто в этом грифоне есть нечто… зловещее. — Последние слова Луна сказала шёпотом.

Селестия вспоминая жеребячество, растрепала сестре гриву.

— Глупышка моя. Разве ты забыла Ночь Кошмаров, на которой все пони тоже считали тебя зловещей и всячески избегали? Я по сей день, благодарна моей лучшей ученице, за то, что она помогла тебе вернуть любовь наших подданных, но не все могут позволить себе праздник в честь самой себя, — Белоснежный аликорн, развернула синюю мордочку к себе. — Луна, лорд Валлар из так называемых “летящих низом”, что само по себе сильно его гнетёт. Из-за его происхождения, у него и так возникает множество распрей со многими гостями. Давай мы с тобой не будем вести себя столь прямолинейно как некоторые грубияны и докажем нашему гостю, что мы ценим его помощь несмотря на сторонние предрассудки.

— Пожалуй, в этом есть смысл, — Луна смущённо потупилась — Мне следует приостановить чтение мрачного фэнтези.

Скосив взгляд, Селестия хитренько улыбнулась.

— Теперь понятно, откуда у тебя все эти беспочвенные волнения, — Белый аликорн сделав страшную гримасу, заиграла бровями. — Зло-о-о-о-й противный властелин проберётся к нам в замок…

— Тия, прекрати, я всё поняла. — Захихикала Луна, глядя на дурачущуюся сестру.

— Под покровом ночи проникнет в твои личные покои…

— Тия, перестань…

— И как куснёт за нос! — Селестия страшно-пристрашно клацнула зубками.

От души, насмеявшись, сёстры покинули одно из многочисленных хранилищ, усеивающих почти весь нижний ярус башни астрономов. Она была куда выше своих соседей и служила не только складом для многочисленных даров, получаемых от послов в знак доброй воли, но и как нетрудно догадаться по названию, использовалась в качестве обсерватории. Когда они очутились в навесном прозрачном коридоре, служащим связующим звеном между башнями, Луна в который раз загляделась сквозь стеклянные стены на укрытую вечерним ореолом Эквестрию. Замок постоянно совершенствовался, и достраивался, так что сумеречная принцесса уже не удивлялась новым, появляющимся как грибы после дождя, пристройкам с новыми ответвлениями.

— Ваши величества, вы желали меня видеть. — Натянуто-надменный голос раздался совсем рядом.

Перед принцессами стоял лорд Валлар облачённый в изысканный позолоченный сюртук и неброские красные брюки. Никаких украшений или дополнительных регалий кроме, разве что, карнавальной маски, он не носил. Поглядев на правительниц снизу-вверх (на четвереньках, грифон уступал в росте даже Луне), он почтительно поклонился.

— Поднимитесь лорд Валлар, я знаю, что вам удобнее ходить на задних лапах. — Селестия благосклонно махнула передним копытцем.

Вообще, грифонам, как и пони, было легче ходить на всех четырёх лапах, но пернатая знать считала это уделом простолюдинов (простогрифонов?), поэтому для любого уважающего себя северного жителя, ходить на четвереньках в таком знатном кругу, было слишком зазорно. В любом случае, Валлар довольно улыбнувшись, распрямился во весь рост, расправил крылья и теперь возвышался над обеими венценосными особами, подобно ожившей махине.

— Не соизволите ли вы, выйти на публику вместе с нами. — Оглядывая легко держащего равновесие лорда, Селестия незаметно пихнула зазевавшуюся Луну.

— Оу, да, мы с сестрой будем очень этому рады и… прошу извинить за мою скованность в общении с вами. — На одном дыхании выдала, сумеречный аликорн.

— Оставьте извинения, принцесса. Я всё прекрасно понимаю. Мне многие не доверяют и избегают моего общества, но вы в отличие от моих соплеменников проявили сдержанность, которой не хватает столь многим грифонам. — Становясь между сёстрами, ответил Валлар.

Цокот копыт и еле слышное поскрёбывание когтей известило стражу о том, что через их пост проходят очень важные персоны. Пара знакомых всем нам стражников, стоя по стойке смирно, в своей обычной манере “поприветствовали” трио гробовым молчанием и нулевой реакцией. Западная галерея была построена совсем недавно, можно было наблюдать редкие для Кентерлота висящие тут и там люльки и вдыхать приятный запах краски. Шествовать в тишине было некультурно и Луна, как самая необщительная просто обязана была начать разговор.

— Лорд Валлар, после всего, что вы сделали для наших с вами стран, ваш отец будет гордиться таким сыном. — Сказала сумеречная принцесса и тут же поймала на себе недовольный взгляд сестры.

Что она опять не так сказала? Грифоны очень сильно чтят своих родителей и вообще всех старших. Она только что сделала комплимент. Тогда почему Тия хмурится?

— У меня нет отца, как такового, — Сказал с натянутым весельем Валлар. Шрамы на его лице были расположены таким образом, что любая, даже лёгкая улыбка, словно растягивалась до ушей. Прямо сейчас это и произошло. — Он отрёкся от меня сразу же после рождения.

— Как можно?! Вы ведь его дитя. — Охнула Луна, не обращая внимания на шикающую сестру.

— Да, это так, — Закивал лорд, пока трио проходило очередной поворот. — Однако моё рождение не было запланировано.

— Какая разница? Вы его сын и точка! — Младшая принцесса уже полностью прониклась антипатией к неизвестному родителю, позабыв о недоверии к Валлару.

— Это не столь важно, — Грифон замедлил шаг, видно желая растянуть беседу. — Дело в том, что для благородных господ, коим являлся мой… папаня, считается настоящим позором возлечь с “летящим низом”, коей являлась моя мать, — На последних словах, сумеречный аликорн заметила, как Валлар делает вид, что жмурится от яркого лунного света, бьющего из окна, пряча истинные эмоции связанные с самым дорогим словом для любого живого существа. — Мне рассказывали, что ещё до моего рождения он был женат на другой, и я стал для него чем-то вроде напоминания о собственной неверности. Хах, если верить слухам, вначале он всерьёз хотел сослать меня с матерью куда подальше, едва узнав о “нежданчике”. Но гордость и рыцарская честь взяли вверх, и он не только передумал, но ещё и оставил нам подачку в виде полуразвалившейся халупы на окраине Нижнего города и половину своей фамилии, которую я клеймом ношу по сей день.

— Рыцарская честь? Так он был рыцарем? Но рыцари так не поступают, они… они храбрые, благородные и всегда готовы прийти на помощь. — Луне было тяжело говорить о таком, но и сдержать возмущение было непросто.

— В том-то и оно, — Вздохнул Валлар, вместе с принцессами минуя предпоследний поворот, охраняемый очередными стражами-истуканами. — Для них измена своей второй половинке – несмываемый позор, избежать которого можно только одним способом.

— Какой такой способ? — Полюбопытствовала Луна, под негромкий хлопок facehoof’a Селестии.

— Хм, способ довольно не галантный, — Завидев позолоченные врата в Зал Торжеств, Валлар закончил. — Скажем так – моё нахождение рядом с вами прямое доказательство того, что способ был отринут. Потом начался мой путь: я вырос, добился всего сам и сейчас иду на самое важное торжество за последнюю тысячу лет, сопровождаемый самыми красивыми и справедливыми правительницами во всём мире.

Сёстры галантно заулыбались, и Валлар позволил себе небольшую подколку.

— После матриарха, естественно.

Безболезненно приняв шуточный укол, Селестия остановилась недалеко от врат. Остальные последовали её примеру. Стальная, покрытая позолотой дверь отделяла их от аристократической толпы желающей поскорее увидеть своих правителей (Валлар вполне мог считаться главенствующим среди грифоньей элиты).

— Вы тоже волнуетесь? — Грифон смотрел на застывшую на месте Селестию.

— О нет, лорд, она опять над чем-то задумалась, — Привыкшая к таким странностям сестры, Луна, просветила Валлара. — За последний день она так останавливалась раз семь-восемь. Должно быть, нечто необычное происходит на магическом фронте.

— Я в магии ничего не смыслю, но надеюсь с вашей сестрой всё в порядке. — Валлар как-то странно глянул на Селестию.

— А, по-моему, смыслите… — Слишком поздно сообразив, что несёт, Луна закрыла копытцем рот.

Валлар перевёл взгляд на сконфуженную младшую принцессу.

— Значит, и до вас докатились эти нелепые россказни. Конечно, раз всего достиг сам, без связей, то ты непременно колдун, тиран и цареубийца. А то что ваши учёные давным-давно доказали невозможность колдовства без рога, никого не волнует.

Теория о колдовстве без рога была уже неактуальной, но непреднамеренное оскорбление от этого не пропадало.

— Я ничего такого не имела в виду, просто вы так посмотрели на Тию… — Луна натурально запаниковала. — Словно… словно вы понимаете, что происходит.

Валлар снова опустил на младшую мимолётный тяжёлый взгляд, но через секунду беззаботно ответил:

— Понимаю. — Лорд снова улыбнулся. — Понимаю, что разные скудоумы морочат вам голову глупыми сказками. Не слушайте их – слушайте тех, кому вы действительно можете доверять. Мне это очень помогло в жизни.

Мысленно выдохнув с облегчением, Луна послушно закивала, а Селестия наконец “отвисла”.

— Лорд Валлар, прошу извинить нас за доставленные вам неудобства. Особенно за то, что потревожили ваше прошлое. — Извинилась белый аликорн, у подошедшего к ней грифона.

— Меня куда больше заботит будущее. — Примирительно ответил он.

Когда все трое поравнялись, рога принцесс синхронно засияли и врата медленно распахнулись…

***

«Никогда бы не подумал, что мой первый выход в свет будет в ином мире населённым мифическими созданиями».

Бал был в самом разгаре. Огромный, нет, ГИГАНТСКИЙ Зал Торжеств был украшен на славу: стяги всевозможных кланов и богатых домов Кентерлота свисали с выстроенных из чистого серебра галерей; мраморные(очень популярный тут стройматериал надо сказать) колонны, равноудалёно друг от друга, делили помещение на ровные прямоугольники заставленные столами до отвала забитых различными произведениями кулинарного и винодельного искусства; с расположенной в крайней части зала сцены, несколько музыкантов – в одном из которых угадывалась недавняя попутчица необычных визитёров – наигрывали какую-то классику. Такая музыка нравится не всем, поэтому сцену и расположили так удачно. Не нравится? Чеши в другой конец.

Гостей было просто море, но они всё равно, несмотря на тесноту, сумели разбиться на маленькие группки. Пони в большинстве своём были одеты в дорогостоящие фраки, явно заказанные у одного модельера, ибо большинство жеребцов были похожи друг на друга, как две капли воды и отличия можно было найти только по масти, которая к слову тоже не всегда рознилась. Дамы в отличии от кавалеров, подходили к подходу туалета куда более серьёзно, но вкуса у них от этого не прибавлялось. Восемнадцатый век, как он есть – нелепые платья, наполовину состоящие из воткнутых куда попало камней, наполовину из кружев расположенных совсем ни к месту; причёски-ульи чудом не перевешивающими своих хозяек и конечно же неизменные искусственные родинки чертовски походящие на загостившихся мух.

«Так бы и прихлопнул парочку».

Грифоны выглядели куда более величественно. Особенно для тех, кто в детстве читал книжки про этих гордых, непоколебимых существ. Все представители их верхушки были одеты в некое подобие декоративно-праздничных доспехов с элементами наручей, поножей и даже наплечных сегментов – оригинальный дизайн для сюртуков. К счастью представительницы прекрасного пола горного народа были одеты в обыкновенные платья. У некоторых были головные уборы – нечто среднее между кокошником и матёрчатым хохолком. Выглядит куда лучше, чем звучит. А эти подведённые тенями выразительные глаза и митенки из искусственной кожи со свободно выглядывающими накрашенными коготками…

«Не отвлекаемся».

Олег вместе с двумя пехотинцами уже третий раз обходил зал вдоль и поперёк, но следов присутствия убийцы так и не обнаружил. Умения следопыта были бы сейчас как нельзя, кстати, но его тут не было, поэтому приходилось действовать самим. Полковника слегка насторожило начало бала. Всё началось стандартно: собрались гости; зазвучали трубы, фанфары и в сопровождении стражи дня и ночи вошли величественные аликорны в полупрозрачных сарафанах, словно сотканных из тумана. Произнеся торжественную речь в честь грядущего мира, принцессы покинули зал.

«Я, наверное, чего-то не догоняю, но разве они должны оставлять гостей и подданных наедине? Может у них тут другие понятия этикета?»

Как ни крути, а действовать надо, причём быстро. Если ассасин легко убил семерых хорошо вооружённых воинов, то думать о том, на что он способен в замкнутом пространстве да ещё в такой толкучке, даже не хотелось. Пехотинцы были заранее отправлены в места возможного появления убийцы; зная их талант, Громов был спокоен. Осталось лишь больше узнать о Валларе, а если повезёт, то и о Кэйроне. Расспрашивать в первую очередь следовало тех, кто держится особняком – Валлар был не сильно популярен среди грифонов, а значит, и его ближайшие подельники будут стоять в сторонке. А вот и первая претендентка: статная вороная грифонша в платье цвета флага Валлара – что важно – в одиночестве стоящая около причудливого гобелена, левая сторона которого была чем-то замазана.

— Чего такая красивая мадмуазель и совсем одна? — Вспоминая студенческие годы, смуглопёрый грифон начал нехитрое знакомство.

Грифонша аж вздрогнула от неожиданного напора.

— Это фы мне? — Перебирая жемчужные бусы, спросила она.

«Немецкий акцент? Интересно…»

Олег, притворяясь, что у него зачесался нос (клюв) приставил два пальца (когтя) к верхней губе. Никакой реакции. Слава богу. Не, ну мало ли…

— Ясное дело вам. Стоите тут, скучаете, а я не прочь составить вам компанию, — Олег встал перед гобеленом, и эстетически подперев подбородок, начал его изучать. — Необычный стиль, но вполне сносно.

— Это история Перфой Феликой Фойны, — Настороженно сказала грифонша, глядя на набивающегося собеседника.

— Знаю-знаю, просто высказался, как критик, — пехотинец протянул руку. — Позвольте представиться – Тандерган. Просто Тандерган.

«Что за имя я себе придумал?»

— Ох, раз так неофициально, то мошете обращаться ко мне – Бриана.

Должно быть, ей льстило лишнее внимание, раз она сразу не перешла на титулы. Богатые это любят. Что ж, это всё упрощает. Пригласив собеседницу за один из столов, которые ещё не успели занять голодающие, Олег сел рядом, мысленно матерясь на занозы в грубо отёсанной скамейке.

— Красивое платье, — Сделав банальный комплимент, Олег взял с большого блюда, нечто напоминающее креветку.

— Хотите такое же? — Лукаво спросила грифонша, следя за опускающим в открытый клюв лакомством, лжегрифоном.

Неизвестно, что вызвало приступ кашля – удачная шутка или вкус блюда, похожий на высушенное сено, но прямо сейчас полковник выплёвывал пережёванные останки съестной органики в ближайший фикус.

— Тьфу… гадость какая! , — На глазах нескольких изумлённых пони, сделав огромный глоток из запотевшего графина, Олег повторно угостил бедный фикус. — Тьфу, как это вообще есть можно?

— С фами фсё хорошо? — Спросила Бриана.

«А. Ты ещё тут».

— Бриана, я имел неосторожность слышать, что вы прибыли сюда вместе с лордом Валларом и… — Начал, было, Олег, но его перебили.

— Майн винг, вы отин из тех нетоучек, что пришли попрекать меня за тружбу с тостопочтенным Фалларом, — Грифонша гордо вскинув клюв, демонстративно отвернулась. — Та бутет фам изфестно – лорд Фаллар, самый щедрый и самый благородный грифон из всех, кого я знала. Большинство ему и ф потмётки не котится.

Человек даже икнул от такого потока несправедливых речей в свой адрес.

— Спокойно уважаемая, спокойно, — Олег, взяв короткую паузу, икнул ещё раз. — Я тут по поводу Валлара, но с точностью наоборот. Меня всегда восхищали личности, способные в одиночку достичь небывалых высот и я хочу как можно больше узнать об этом – не побоюсь такого громкого слова – герое нашего времени.

По радостному личику грифоншы можно было догадаться, сколько раз ей приходилось слышать нелестные отзывы о Валларе. Всё оказалось банально и просто: новоявленный лорд, собирал под своим крылом не шибко значимых грифонов (Бриана вообще одним замком владела) у которых были связи с лордами(дружеские, родственные, любовные и другие); одаривал их золотом да землями по самое не хочу, после чего его влияние на лордов ВНЕЗАПНО резко увеличивалось, и теперь почти вся верхушка королевства присутствовала на празднике. Только вот зачем ему всё это? Какая перспектива на будущее? Покрасоваться рядом с принцессами? Личной выгоды Валлар не получал никакой, а в чистосердечный порыв грифона, Олег не верил – ну на роже у него написано большими буквами «УГОЛОВНИК». По рассказу Брианы, непопулярный лорд был почти на мели, и денег у него хватало только на содержание войска… а вдруг он…

— На фашем месте, я бы приглятывала фот за этим жутким типом, — Бриана вывела Олега из раздумий, указывая на стоящего около одного из солдат Валлара, синеватого единорога с зелёной гривой, одетого в узорчатую мантию, всё такого же алого цвета. — Он фиделся с достопочтенным лордом Фалларом всего несколько раз и их разгофоры не затягивались дольше пары минут, но он получил за неизвестно что три мешка золота!

Олег, мимолётно полоснув взглядом единорога, повернулся к грифонше.

— Похоже, он знает, как легко заработать. Пойду, побеседую с таким толковым парнем.

При приближении спецназовца, солдат ретировался, а единорог скорчил недовольную миму.

— Привет приятель, — Олег без раздумий взял переднее копыто хмурого пони и дружески его потряс. — Ходят слухи, ты помогал самому лорду Фалл… а-а-а, блин, Валлару.

Пони лениво отвечая на копытопожатие, фыркнул.

— Допустим. А тебе с этого чего?

Громов продолжая улыбаться, как ни в чём не бывало, сжал копыто в два раза сильнее.

— Чего такой маленький и такой грубый? Я вот с тобой светскую беседу начать хочу, а ты тут огрызаешься.

Ощущение того, что у него сейчас треснет копыто, заставило единорога негромко заскулить.

— Пусти копыто…

— Как только расскажешь о своей причастности к планам Валлара. — Поставил ультиматум, Олег.

— К…какие к Дискорду планы? — Ощущая, что хватка становится лишь сильнее, пони зашипел. — Я ничего противозаконного не делал. Лорд Валлар дал мне денег за магическую поддержку: «Опечатывание», «Заклинание Поиска» и ещё какие-то, но я не помню. Честно!

— Тафай,тафай! Протолшай! — Пародирую новую знакомую, пехотинец слегка ослабил рукопожатие.

Единорог, получив долгожданную передышку, тяжело засопел.

— Наши принцессы очень обеспокоены сложившейся в Кентерлоте ситуацией, поэтому они и обратились к Валлару. Из всех присутствующих на празднике он самый лучший выбор для такого дела. Я просто помогал ему в расследовании, временами сотворяя то или иное заклинание. Мне приказывали – я делал. Заплатили за это сполна, но с условием не лезть в их дела.

«Вот как. Так и знал, что этот пернатый задумал нечто нехорошее».

— Больше ничего не знаешь? — Без особой надежды спросил спецназовец, отпуская распухшее копыто.

Пони, встав на три копыта, начал неистова, дуть на пострадавшую конечность.

— Мне лезть в дела грифонов, смысла нет. Таки, я конечно люблю деньги, но жить я люблю ещё больше. Надеюсь, впредь не иметь чести встретится с вами.

После этих произнесённых скороговоркой слов, пони в алой мантии, прихрамывая и шипя, скрылся в толпе. Разговорить единорога удалось быстро, но что толку? Обыватели вроде него всегда ищут лёгкую наживу, даже не догадываясь, к чему может привести их алчность. Валлар подбирал “достойных” кандидатов на роль тупых исполнителей.

Отыскав взглядом своих подопечных и удостоверившись, что они на своих местах, Олег вернулся к Бриане. Вспомнилось пережитое многими людьми чувство, когда ты один посреди сотен незнакомцев на вечеринке или как сейчас на балу и тут к твоей радости, взгляд натыкается на знакомое лицо, и ты незамедлительно подходишь к своему другу/подруге, после чего вам обоим становится менее неуютно.

— Фы фернулись, — грифонша подвинулась на скамье, давая Олегу место для приземления. — Шуткий тип, не прафта ли?

Громов присел рядом, перед этим пару раз проведя ладонью по отполированной скамье.

— Мутный, но сговорчивый, — Пехотинец вытянул шею, завидев через смешавшиеся головные уборы гостей, суматоху у главных врат в тронный зал. — Что там творится?

Бриана тоже глянула поверх толпы. Благо рост позволял.

— Ах, сейчас принцессы представят публике лорта Фаллара, — грифонша уже прыгала на цыпочках. — И ничего утивительного – он месяц, не ведая покоя, носился с типломатической миссией по влатениям фсех кланов.

«Стоп… что?!»

— Вы сказали “один месяц”? — Сказал Олег, от волнения закусывая палец-коготь.

— Та! Таже не ферится, что всего этого тостопочтенный Фаллар добился всего за отин месяц! — Не отрывая восторженного взгляда от открывающихся створок, ответила Бриана.

Под оглушительные звуки королевского оркестра, пред гостями во второй раз предстали принцессы, но на этот раз в сопровождении Валлара. На аликорнах, помимо их повседневных изящных украшений, были воздушного вида платья, словно сотканные из облаков. Хотя у Луны оно больше напоминало прозрачную тучку, но это не портило её красоты, даже наоборот – дополняло. Грифон же носил сюртук и брюки, что заметно выделяло его среди остальных лордов. Но главной и самой пугающей частью гардероба являлась карнавальная маска. Эта серебристая, инкрустированная бриллиантами вещь, полностью повторяла черты лица её владельца, что вместе с идеально подогнанной формой, при заострении на ней внимания, заставляло чувствовать на спине пронизывающий холодок. Что “удивительно”, шрамов на ней, как на “оригинале” не было. Все присутствующие, за исключением зазевавшихся пехотинцев, разом склонились перед венценосными особами. Оставшийся сидеть на скамейке Олег, непонимающе озираясь, увидел лыбящегося во всё лицо одного из своих подчинённых, который на языке жестов передавал короткое сообщение: «Против системы».

«Клоуны, чтоб вас… а почему все они в первый раз не кланялись? Или это как-то связано с присутствием лидеров двух держав? А-а-а, неважно, они уже поднимаются».

Пока гости с упоением слушали речь аликорнов, идеально сменяющих и дополняющих друг друга в нужные моменты, Олега всё ещё мучило это совпадение… и совпадение ли?

— … вот он, тот, благодаря кому мир между двумя нашими королевствами настанет так скоро и будет стоять во веке веков. Заслуженные аплодисменты лорду Валлару Форду. Предводителю клана “кровожадные”. — Голос в голос, закончили торжественную речь принцессы.

Под оглушительные овации – среди которых половина являлась фальшивыми – грифон, сделав шаг вперёд, раскланялся во все стороны, после чего скромно вернулся к двум правительницам.

«Один месяц. Один месяц Валлар потратил на сбор. Один месяц Селестия знает пропавшего Ферразиуса Кэйрона. Всё это добром не кончится»

***

— Ваши величества, позвольте полюбопытствовать: а где матриарх и все Элементы Гармонии? Мне бы очень хотелось переговорить с нашей правительницей и конечно же познакомится с легендарной шестёркой пони. — Сказал грифон, по возвращению к принцессам.

С торжественной частью было покончено давным-давно и сейчас, перед следующим действием образовался этакий антракт. Теперь такие знаменитости, как трио представителей своих народов, могли, ненадолго расслабится и поговорить.

— К нашему всеобщему разочарованию, никто из перечисленных вами, на балу не присутствует. Причина, по которой здесь нет матриарха, мне неведома, из-за запоздавшего послания, но с уверенностью могу сказать насчёт своей ученицы и её друзей – они отсутствуют из-за очень срочного задания, столь не вовремя свалившегося на них. — Ответила Селестия.

— Это прискорбно, — Валлар произнёс это по-настоящему раздосадовано. — У меня были такие планы.

У Селестии от вида понурого грифона засосало под ложечкой. На самом деле матриарх просто принципиально не хотела покидать свою обитель, пока её королевству угрожала опасность, а Спаркл с друзьями… Они отправились на Фестиваль Сидра. Селестия никогда не принуждала свою лучшую ученицу к чему либо и когда та вместо праздника уехала со своими подругами на ферму Эпплов (в очередной раз доказывая силу их дружбы) аликорн только порадовалась за неё. Если вспомнить Гранд Галопинг Гало, это даже к лучшему, но врать Валлару, Селестии совсем не нравилось. Но надо.

— Эй, вы двое, сюда! — Крикнул Валлар, двум невзрачным солдатам в красных одеяниях.

Оба подошедших оказались в полной боевой амуниции, включающие в себя салады без гребня и кольчужные бармицы полностью закрывающие оперённую грудь и не позволяющие определить даже масть.

— Познакомьтесь – мои преданные лейтенанты. Гримм и Йон. — Представил своих воинов, лорд.

Принцессы приветливо улыбнулись, но что, одинаковые солдаты, ответив низким, но недолгим поклоном, скрылись среди остальных.

— Неразговорчивые ребята, но от телохранителей этого и не требуется. — Сказал Валлар, слегка растерявшимся аликорнам.

— Телохранители? — Переспросила сумеречная принцесса, делая круглые глаза.

— Луна. — Селестия шикнула на сестру, боясь, что опять наговорит лишнего.

Валлар только пожал плечами, глядя в дальний конец зала, где начиналась небольшая давка.

— Да, ваше величество, телохранители. С таким числом недоброжелателей я не могу отказаться от их услуг даже в обители гармонии.

— Они больше похожи на оруженосцев, — Оправдывала переспрашивание, Луна.

— Оруженосцы сопровождают исключительно рыцарей, а я не из них, — Глядя, какое впечатление на аликорнов произвела столь взаимоисключающая новость, Валлар опять объяснил уникальность своего титула. — Меня никогда не привечала настолько сомнительная должность. Хоть я и служил оруженосцем в одном из небезызвестных орденов у одного из рыцарей, наши взгляды радикально расходились, и мне ничего не стоило отказаться от дальнейшего служения. Но всё что мне требовалось от ордена, я получил, — Под конец, грифон натурально заулыбался.

У подножья парадной лестницы появился грифон в смокинге, который ловко чередуя задние лапы, переступая через одну ступеньку, оказался рядом с Селестией. Телохранителей за их внимательность наго гнать в шею.

— Принцесса Селестия. Принцесса Луна, — Смуглопёрый игнорируя присутствие Валлара, кивнул только аликорнам. — Ваша белоснежность, при нашей последней встрече, я забыл узнать о судьбе нашего с вами общего друга. Он нормально добрался?

— А, господин Гро… Тандер. С вашим другом всё в порядке. Он вернулся целым и невредимым, — Селестия нахмурилась что-то вспоминая. — Ещё он просил передать вам слово в слово, вот это: “Когда вернётесь, откройте яндекс, наберите «MLP» и посмотрите первую серию. Вам понравится”.

Смуглопёрый задумчиво поблагодарив принцесс, снова не обращая на Валлара никакого внимания, исчез среди празднующих. Повисло неловкое молчание, прерванное неугомонной Луной.

— Тия, смотри! Это случаем не Ферразиус?

Белый аликорн несколько раз, заторможено моргнув начала всматриваться в тёмную фигуру в плаще, расталкивающую всех, кто попадался ей на пути. На фоне освещённого зала и пёстрых нарядов, грифон в плаще сильно выделялся. Вдобавок к хамоватому способу перемещения, это делала его центром внимания. По толпе начинались проноситься возмущённые возгласы оскорблённых аристократов и лордов, но грифон, не слыша их, продолжал приближаться к правительницам. Лицо Селестии озарилось непередаваемой радостью, но приглядевшись, на смену этой эмоции пришло разочарование. Тот, кто направлялся к ним, был похож на Странника, но не являлся им: его чёрный плащ был совершенно иного пошива и на нём также присутствовали элементы лёгкой брони, такие как одинокий наплечник, наголенники из дублёной кожи (бу-э-э-э), толстый ремень, заменяющий перевязь, висящему на нём двуручному топору. Валлар в сопровождении своих телохранителей, вышел навстречу наглецу. Когда они встретились лицом к лицу, вокруг них уже само собой образовалось пустое пространство, освобождённое догадливыми гостями.

— Морс, что ты тут делаешь? Твой закопанный труп должен кормить могильных червей. — Не выражая никаких признаков удивления, Валлар с удовольствием наблюдал, как его лейтенанты-телохранители ревностно положили лапы на рукояти своих мечей.

— Жнец решил, что моё время ещё не настало, и послал меня за тобой, — Прохрипел ветеран, с ненавистью глядя на бастарда. — Я втопчу тебя в этот красивый ковёр, а остатки соскребу с подошв как налипшее козье дерьмо.

К четвёрке грифонов, грациозно подошли аликорны. Селестия узнав в новоприбывшим Вестфорда, заскрипела зубами. Луна просто с присущим ей любопытством рассматривала немодно одетого старика.

— Что вы тут забыли, Вестфорд?! — Прошипела старшая сестра, едва сдерживая кипящий внутри котёл гнева. — Вас не приглашали. Ступайте туда, откуда посмели вылезти.

— А то что? Запустите меня на луну? Вас возрастные рамки никогда не останавливали. — Не отводя глаз от ненавистного грифона, усмехнулся Морс.

Селестия подавилась собственными эмоциями, а у Луны задрожала нижняя губа. Валлар нахмурился.

— Ты пожалеешь об этих словах, старик. Я с удовольствием перережу тебе горло. — Злобно произнёс лорд.

— Такие как ты, слишком трусливы для этого, — Вестфорд брезгливо оглядел лейтенантов. — Поэтому и действуешь у всех за спиной.

— Вестфорд!.. — Зарычала пришедшая в себя Селестия.

Морс мановением лапы, заткнул аликорна.

— Прикрой рот и послушай: этот безродный ублюдок планирует переворот. Он уже арестовал несколько несогласных и в их число входит один из гвардейцев. Понимаете, чем это попахивает?

— Твоя дерзость не останется безнаказанной, дозорный, — Селестия перевела взгляд на Валлара. — Что вы скажете на это обвинение?

Гости начинали перешёптываться между собой. Пускай никто из них и не слышал разговора, но витающее напряжение почувствовали все. Мало бы кто отважился ворваться на столь значимое мероприятия без определённого мотива. Мудрая старшая сестра видела в грубияне только искренность, но верить ему отказывалась. Оставалось лишь выслушать контраргументы Валлара. Лорд, взволнованно оглянувшись на толпу, быстро успокоился.

— Вот ты и попался… убийца! — Валлар ткнул указательным когтем в направлении Вестфорда, делая ударение на последнее слово.

Все присутствующие хором ахнули. Кому-то стало плохо. Начали раздаваться недовольные выкрики в сторону ветерана.

— ЧТООО?! Теперь и меня обвиняют в том, чего я не совершал, — Морс сжал лапы в кулаки. — Мразь…

— Принцессы, я всё объясню, — Лорд, встал ближе к аликорнам, чтобы его лучше слышали. — Я и вправду без вашего ведома, арестовал одного их гвардейцев, но у меня есть все доказательства, что она причастна к серии загадочных смертей.

— Почему вы нам не сообщили? — Теперь Селестию раздражало абсолютно каждая деталь.

— Секретность сразу же стала необходима, — Заверил Валлар, обходя Селестию с правой стороны. — У неуловимого убийцы были сообщники и по моим предположениям они были очень близки. Арестовав и не придав, сей момент огласке, можно было рассчитывать, что её помощник, заявиться сюда и попытается обвинить меня в невесть чём, опираясь на мою скрытность, а заодно попробует выставить всю шайку жертвами.

— Вестфорд? — Злоба аликорна частично замещала собой здравый смысл. — Ничего не хотите нам сказать?

— Хочу, — Старый грифон, шмыгнув клювом, резко плюнул в лицо Валлару. — Бизоний хер – цена твоим словам. Провозгласи себя лордом хоть трижды, хоть четырежды, от этого твои лживые речи не станут правдой.

Валлар за край, брезгливо стянув с себя маску, швырнул её на пол.

— МЕЧ!!! — Рявкнул он во всё горло. — И этому дайте. Я разделаю его, как рыбак потрошит жирную форель!

Вестфорд подошёл к ближайшему столу, закинул на него свой топор. Вернувшись, он принял у левого телохранителя, обычный прямой клинок коих тысячами куют по всему королевству грифонов. Второй меч взял Валлар. Сотни изумлённых глаз устремились к сходящимся на импровизированной арене поединщиков.

— Тия, мы должны остановить это безобразие. — Луна приготовилась к использованию заклинания.

Селестия покачала головой.

— Нет, сестра моя, это исключительно их дело. Вестфорд оскорбил Валлара и теперь лорд должен восстановить свою честь путём победы.

— А если он проиграет? — Панически пропищала Луна, видя, что теперь грифонов разделяет всего десяток шагов.

— Он не проиграет. — Произнесла Селестия без особой уверенности в голосе.

Грифоны вновь остановились друг напротив друга, но на сей раз уже с обнажёнными мечами. Пространство вокруг них пустовало, и они спокойно могли высказываться, о чём хотели.

— Без крыльев, помнишь? Хотя откуда тебе помнить кодекс чести. — Проверяя балансировку меча, ухмыльнулся Морс.

— Зачем мне крылья? Я быстрее, моложе и сильнее десятерых, таких как ты. Твоё поражение будет быстрым и позорным. — Огрызнулся в ответ Валлар.

— Хорошо работаешь языком. Теперь понятно как ты смог стать лордом. — Ощерился Вестфорд.

Скрестилась сталь и по залу прошёлся режущий уши скрежет. Первым отвёл свой клинок Валлар и тут же получил коленом под ребро. Схватившись за место ушиба, лорд, наклонившись, резким движением нанёс удар из-под себя, но этим самым лишь рассёк воздух. Мечи ещё несколько раз высекли искры и теперь уже Морс держался за кровоточащий клюв.

— И это всё, на что ты способен? Где тот легендарный рыцарь Скалы, одним ударом рубящий напополам взрослого горного барана? — Встряхнулся Валлар, приободрённый удачной контратакой.

— Я ещё только разминаюсь, сопляк. И в отличие от тебя, баран – достойный противник.

Новые удары и блоки. Поединок мог показаться хорошо разыгранной постановкой, но знающий воин мог легко разглядеть многочисленные моменты, в которых противники с трудом избегали смертельных уколов, подсечек, взмахов…

— Ты точно такой же, как и твоя ненаглядная жёнушка – упёртый и никак не желаешь подыхать. — Осипшим от усталости голосом, произнёс Валлар.

Лорд намеревался тем самым выбить Морса из колеи и заставить того действовать необдуманно, но эффект вызванный простой насмешкой был несколько иной: старый грифон, задрав голову, издал настолько мощный и одновременно протяжный крик полный первобытной ярости, что передние ряды зрителей попятились назад. Когда львиное рычание вперемешку с орлиным рёвом прекратилось, Вестфорд одним прыжком настигнув лорда, обрушил на него сокрушительный рубящий удар. Кошмарная сила столкновения, разломила оба клинка на множество частей, а самого лорда отбросила на несколько метров назад. Со стороны побеждённого раздался жалобный стон, но Морсу этого было мало – выбросив бесполезную рукоять, а затем, подойдя к столу и взяв топор, грифон направился к поверженному противнику.

— Всё кончено, Валлар… — Произнёс он, в своей любимой манере ставя лапу на грудь лежачего, одновременно занося над собой топор.

— Прекратите это безумие! Он его убьёт! — Крикнул из середины толпы какой-то пони.

Его поддержали ещё несколько более громких голосов, принадлежащих грифонам, но двойное лезвие продолжало неумолимо заноситься над лордом. Видя, что всё вышло из-под контроля, Селестия направила на Вестфорда рог, сконцентрировалась и… ничего. Спустя ещё пять неудачных попыток, аликорн обессилено упала на колени.

— Отправляйся в тарТХАА-РГХХ-АРХАГГХ!!!

Ветеран Ночного Дозора, уронив топор, упал следом, изгибаясь в самых причудливых и неестественных формах. Все поражённо смотрели на два тонких проводка, тянущихся от спины грифона к одной из лазеек в толпе. Пока смуглопёрый, держа в лапе необычное устройство похожее на фен, приближался к дымящемуся Морсу, старшая правительница, не теряя горделивой осанки, подошла к Валлару и с помощью магии помогла ему подняться на четвереньки. О красивом позировании на задних лапах и речи ни шло – грифон-лорд только сейчас сообразил, что от косплея бревна на лесозаготовке его отделила одна секунда.

— Вы… вы спасли меня, — Валлар взяв переднее копытце Селестии, прильнул к нему клювом, старательно изображая поцелуй. — Благодарю вас.

Аликорн, краснея, мягко освободилась.

— Лорд Валлар, это не моя заслуга, — Сказав это, Селестия указала на грифона в смокинге, настороженно тыкающего неподвижного Морса мысом сапога. — Вот ваш спаситель.

Корчась от боли, Валлар приблизился к Громову.

— Примите мою благодарность, сэр. Пускай вы и не сразили этого безумца благородным оружием, но это не отменяет вашей заслуги.

— На здоровье, — Смуглопёрый сильнее ткнув Морса, вызвал тихое шипение, смахивающее на звук тлеющих углей. — Живучий зараза. М-м-м и цыплёнком пахнет.

В зал как это обычно и бывает, стража прибежала, что ни есть вовремя. Оцепив, не успевшее стянутся кольцо, королевские стражники вошли в привычное для них состояние полу-анабиоза.

— Не возражаете, если я напоследок пообщаюсь со своим побеждённым противником? — Спросил Валлар, облегчённо глядя на оцепление.

— Две минуты. — Коротко бросил через плечо смуглопёрый, идя по направлению к Селестии.

Когда тот отошёл на достаточное расстояние, Валлар перевернув старого грифона на спину, наклонившись, приблизился почти в упор и перешёл на шёпот.

— Погляди, чем ты стал, Морс: посмешище, увядающая тень себя самого. Презираемый, всеми нелюбимый старый маразматик. Я не представляю, как ты выжил, но сейчас истекает твой последний час, и я хочу, чтобы ты знал то, что я забыл сказать тебе тогда, совсем недавно, — Голос лорда стал ещё тише и слаще. — Морс, это я разрушил твою жизнь, как когда-то ты разрушил мою. Забирать всё, что тебе дорого было незабываемо. Я бы без раздумий отдал остатки своих богатств лишь бы снова ощутить, как мой кинжал входит между рёбер Силены. А твоя дочурка… хорошо, что она тогда сумела сбежать. Теперь она выросла, и я проткнул её кое-чем более тёплым, чем кусок обработанной стали.

— Сын… патаскухи… — С обречённостью еле слышно пролепетал Морс.

— Пищи сколько хочешь, но знай – твой труп пойдёт на корм крысам, а я останусь безнаказанным и позабочусь об Астрид. Каждое утро и ночь буду, о ней заботится. Хах, и вот тебе напоследок, — Валлар незаметно вынул из-за голенища маленький свёрток, после чего развернулся к разговаривающим со смуглопёрым, правительницам. — Ваши величества, я что-то нашёл.

Принцессы вместе с грифоном в смокинге во все глаза глядели на потёртый журнал со стёртой обложкой. Пока никто не рисковал прорывать золотой кордон, и правительницы незамедлительно открыв первую страницу, приступили к изучению. Она оказалась единственной – всё остальное было исчерчено непонятными здравому рассудку символами, незначащими ровно ничего. Начало же и внутренняя часть обложки была до отказа забита сложнейшими формулами, подобиями дифференциальных уравнений и лесом бессмысленных закорючек. В правом верхнем углу располагался убого нарисованный полый круг с отходящими от него кривыми стрелками, на которые были нанизаны… тела. Простоватый рисунок по неясным причинам пробуждал в аликорнах и грифоне самые противоречивые чувства. Это было даже не содрогание от “трупиков”, а скорее страх того, что криволапый художник пытался изобразить.

— Всё встало на свои места, — Селестия телекинезом захлопнув журнал вместе с эти чуть не прищемив нос Луне, обратилась к полковнику. — Тандерган, кажется, вы нашли того, за кем так долго охотились.

— Надеюсь, это что-то важное, — Теперь в дневник смотрел и Валлар.

— Мой дорогой лорд, — Селестия мановением рога вызвав маленький всполох света, отправила улику в известное только ей хранилище. — То, что вы нашли – поистине бесценно. Я с огромным трудом смогла понять шифр во всей этой хаотичной неразберихе, но суть до меня дошла, — Аликорн помедлила. — Этот… это чудовище пыталось открыть коридор в искривлённое измерение и погубить нас всех.

— Другое измерение? Это невозможно со всех точек зрения! — Возразил Валлар. — Вы уверены? Может не всё так серьёзно?

— Мне приятно видеть рядом с собой грифона готового переступить свои принципы, ради достижения справедливости, но это лишнее. Морс Вестфорд – тот самый убийца, он… погодите… что это?!

Внимание белоснежной принцессы привлекло блёклое свечение на груди ветерана. Одним рассчитанным телепортом оказавшись у него, Селестия задрожав, сорвала с его шеи знакомый амулет в треугольной оправе, ранее мимолётом замеченный на Страннике. Невзрачный поблёскивающий кристалл отражал свет тысяч магических светильников, тем самым заостряя на себе внимание. Знакомое украшение переполнило чашу терпения аликорна. Сдавленно зарычав, она телекинезом подняла Вестфорда, сильно сжимая ему горло.

— Где ты его взял, старый ты мерзавец? Где?! — Злость вечно спокойной правительницы начинала привлекать излишнее внимание. — Что, не собираешься говорить по-хорошему? Тогда будет по-плохому.

— Принцесса Селестия, я бы на вашем месте его не тискал, — Видя, как Морса начинают банально встряхивать, словно бутылку из-под газировки, смуглопёрый решил вмешаться.

— У него амулет Ферразиуса! Этот гад как-то причастен к его исчезновению, я точно уверена, — Не унималась аликорн.

Ослабленный организм Вестфорда, не выдержав перегрузок, показал всем присутствующим бывшее содержимое своего желудка. Селестия лишь в последнее мгновение успела отпрыгнуть от такого “ответа”.

— Он ваш. Делайте с ним всё что хотите, я разрешаю, но только если это поможет ему вспомнить каждую мелочь, связанную с амулетом и Кэйроном, — Сказала она Тандергану, заодно подзывая слуг. — Приберитесь.

— Ваше высочество, я думал, вы дадите мне эскортировать преступника на Виселичный Холм, — Обидчиво произнёс Валлар. — Мне будет приятно совершить ещё одно доброе дело, во имя нашего скорого нерушимого союза.

— Лорд Валлар вы и без того проявили себя как нельзя лучше. Ваша компетентность будет вознаграждена, а Вестфорд останется в Кентерлоте до выяснения вышесказанных подробностей, — Селестия обратилась к смуглопёрому. — Забирайте. Как я уже сказала – он ваш.

Два грифона в смокингах взяв Морса под передние лапы, поволокли его к выходу. Валлар скрывая негодование, подозвал к себе своих до этого времени бездействующих телохранителей. Коли Селестию смогли вывести из себя, то спорить с ней – не лучшая идея. Что ж, это несколько меняет намеченный план.

— Принцессы, если мои услуги больше не требуются, то я, пожалуй, отдохну в своих покоях. Сегодня произошло слишком много событий даже для меня, — Валлар поклонился принцессам, затем особо любопытным гостям, вставшим на цыпочки, затем, не дожидаясь ответа опёршись своих охранников, поплёлся к гостевым апартаментам, расположенным в противоположном от выхода, конце зала, — Болваны, я чуть крылья не отбросил. — Прорычал он провожатым, когда они вышли из зоны слышимости.

Всё начинало нормализоваться: прислуга вновь засуетилась, выполняя свою несложную, но, несомненно, важную работу; гости, подстёгнутые новой темой для сплетен, вернулись к празднику; аликорны отходя от пережитого, вернулись к своим обязанностям центра внимания и много чего ещё. Не верится, что всё закончилось столь быстро, как и началось. Злодей пойман и понесёт заслуженное наказание. Мир будет заключён, а на балу произойдёт ещё много чего интересного. А жизнь-то налаживается… или нет?

— «Вот это поворот!» — Услышал Громов с товарищами, прежде чем за ними закрылись золотые створки парадных ворот.

Читать дальше