Ярость, радость и любовь Мы пришли с миром!

Повелитель Скорби

WARNING есть несколько неприятных моментов и жестоких сцен, а так вообще добрая глава. Я предупредил, так что наслаждайтесь "ЭПИЧЕСКОЙ" схваткой.Возможно после этой главы Странник перекочует в http://stories.everypony.ru/viewstory.php?sid=828 но на время само собой.

— А почему не Дэш? — Удивилась Пинки, проходя обратно в дом.

— Тебя ко мне принцесса Селестия прислала, или забыла? Так сказать, дело экстренной важности. — С щемящей болью в груди, грифон проводил взглядом улетающую, поникшую голубую пегаску и закрыв дверь продолжил. — Пинки, пройди, пожалуйста, наверх, как только я всё улажу, то сразу же поднимусь к тебе и мы, наконец, покончим с этим.

— Ты про голос? — Беззаботно спросила розовая пони, запрыгивая на первую ступеньку.

— Ага… стоп чего?! — Ферразиус пулей подлетел к Пони. — Что он тебе говорил? Какие видения насылал? Он врёт, знай, он нагло врёт, не верь ему.

— Да что ты. — Смеясь, отмахнулась она. — Голос хороший, но очень грустный и ему очень скучно. Он просил меня заснуть и даже обещал познакомить со своим дедушкой, но после того как я согласилась на игру и поклялась клятвой Пинки Пай, я не смогла выполнить его просьбу. — Пони жалостливо посмотрела на грифона. — Мы сможем ему помочь?

— Я…я даже не знаю что сказать. — Странник сел на пол в позу лотоса. — А он не назвал имени своего дедушки?

— Назвал! — Снова обрадовалась кобылка, словно ждала именно этот вопрос. — Его зовут Нур…

Ферразиус резко подался вперёд и заткнул рот, готовый произнести одно из самых ужасных слов, которые только могло выговорить живое существо.

— Никогда, слышишь, НИ-НОГ-ДА не произноси это имя! Забудь его, сотри из своей памяти отмахнись как от глупой мысли, но не произноси его вслух. — Видя, что скорченная страшная рожа и хриплый шёпот произвели эффект серьёзности, грифон расслабился. — Ну, не смею больше задерживать тебя внизу, иди-иди, я подойду и… поговорю с твоим “голосом”.

Пинки кивнула и поскакала на второй этаж, смешно сведя вместе все четыре копытца. Странник вздохнул, и взяв со стола пару булок, направился к подвалу. Новенькие петли даже не скрипнули, когда дверь невыносимо медленно открылась, и в проёме появился силуэт Ферразиуса. Связанная грифонша завидев его тут же забилась в угол, и не сводя с него полных страха глаз замерла, словно пытаясь слиться с тенью. Первый “снаряд” попал ей прямо в клюв и скатился на грудь, вторая булка, со свистом, влетела в стену и упала на голову ничего не понимающей воровке.

— Кушай, не обляпайся. — Сказал силуэт и захлопнул дверь.

После прекрасного обеда устроенного своей пленнице, Ферразиус уже собирался идти разбираться с демоном, но тут Талионис решил немного поболтать.

— И чего тебя на сей раз не устраивает? — Пауза. — Пусть скажет спасибо, что вообще кормлю. — Пауза. — Не думаю, воду она ещё долго не будет пить, да и не хочется, что бы мой подвал “затопило”. — Пауза. — Так бы сразу. Конечно, готов!

Поднявшись к Пинки он застал её смотрящей в окно. Её грива стала прямой, словно она всё это время яростно причёсывалась. Вот только у Странника нет ни одной расчёски. Или у неё своя?

— Есть что-нибудь новенькое? — Грифон встал рядом с пони и тоже начал любоваться залитой солнечными лучами улицей.

— Нет, всё по-старому. — К удивлению Ферразиуса, она сказала это очень апатичным тоном. — Голос снова заговорил со мной, но на этот раз он решил просветить меня. — На Странника посмотрели совершенно отсутствующим взглядом. — Он сказал, что всё рано или поздно разрушится, в том числе и Эквестрия. Все мы умрём, и об элементах гармонии забудут, и лишь изредка будут упоминать нас как сказочных персонажей. Потом наши принцессы совершат ужасную ошибку и повергнут страну в хаос. Он, показал мне, во что превратится наше королевство, через много лет… я не хочу об этом говорить.

— ЛОЖЬ!!! — Закричал Странник, стараясь прогнать депрессивное наваждение. — ВСЁ ЭТО ЛОЖЬ И КЛЕВЕТА!!! — Видя, что пони смотрит на него во все глаза, он спокойно продолжил. — Эквестрия – страна гармонии, а гармонию, как и хаос невозможно разрушить окончательно. Смерть это лишь начало нового пути, я это знаю, а ещё будь уверена – вас никогда не забудут. Ваши принцессы ни за что не станут причиной падения королевства, я этого не допущу. Всё что ты видела, является обычным миражом и не имеет ничего общего с реальностью. — Выдав на одном дыхании, тираду, которая по идее разбивала все высказывания демона, грифон потащил пони к кровати.

— И что дальше? — Меланхолично осведомилась Пинки, лёжа на мягкой перине, и чувствуя у себя на голове тёплую лапу.

— Ничего, просто засыпай.

***

—Здесь что собака сдохла? Нет, правда, я хочу знать…

Ферразиус Кэйрон стоял посреди самой настоящей пустоши, которая до боли напоминала ЗОНУ, но отличия всё же были. Если в ЗОНЕ всё было забито остатками домов, старыми остовами машин и даже выступающими кое-где чахлыми деревцами, то тут ничего не было кроме потрескавшейся земли и возвышающихся вдали руин древнего замка, окутанного зелёным маревом. Весь небосвод был затянут тёмными тучами, хотя судя по состоянию местности, дождя тут не было очень и очень долго и они выполняли декоративную роль, нагнетающую. Тут должно быть ядерная бомба взорвалась, и если судить по невыносимой вони, она была ещё и по совместительству биологическая.

— Талионис, ты тут? — Ферразиус, зажимая клюв, всматривался в горизонт, позвал своего попутчика.

— Да, я здесь. — Ответил он, откуда-то сверху.

Задрав голову, грифон увидел, как с небес спускается ангел, и на сей раз, у него были крылья. Правда они не были похожи не на лебединые, не на драконьи и на любые другие, с которыми служители света изображались на картинках в книгах. Крылья напоминали полосы чистой энергии и формой были похожи на крылья… демона.

— Ты когда успел себе такие штуки отрастить? — Отгоняя грустные мысли, с натянутым весельем спросил Странник.

— Они у меня всегда были. — Талионис ступил на землю. — Просто я их использую только когда мне надо, а в остальное время прячу их, чтобы не мешались.

— Они у тебя что, отстёгиваются?

— Отвинчиваются! — Огрызнулся ангел, который тоже попал под гнетущую атмосферу. — Хорошо, план такой – ты идёшь к руинам замка, демон там, это точно. Я же разведаю обстановку, а заодно кое-что проверю.

Когда союзничек скрылся в небесах, грифон неспешно побрёл к единственному объекту виднеющемуся вдалеке. Не врагов, не ловушек не прочих элементов прилагающихся к долгому походу он не встречал. На грифоно нахлынули размышления о смысле жизни, о том, зачем он всё это делает и даже промелькнула искра сомнения в принцессе Селестии, ведь ей много тысяч лет и она далеко не глупа, а вдруг его используют? Вдруг он всего лишь пешка в игре богов? Или просто шут, возомнивший себя спасителем миров, способный лишь калечить и убивать? Продолжая идти вперёд, Ферразиус отдался мыслям и не заметил, как стал говорить сам с собой.

— Мдаа, влип я в передрягу, а?

— Передрягу? Нет, это не передряга, это спасение чужой жизни.

— Ага, ага… куда этот летун запропастился?

— Он же сказал, что улетел на разведку.

— Чего тут разведовать? Это же сон, тут ничего нет кроме иллюзий и бредовых мыслей.

— Сам у него и спроси, о, он возвращается, главное не проболтайся, что у тебя крыша едет.

— Иди в жопу.

Талионис приземлился рядом с грифоном и уже пешком стал идти рядом.

— Плохие новости друг мой. — Голос ангела выражал печаль.

— Говори, не томи. — Ферразиуса окончательно поник.

— Это не похоже на сон. Это больше походит на извращённую реальность, которую демон выбрал для своего существования, а заодно притянул её к своему месту обитания, на данный момент это Пинки.

— То есть ты хочешь сказать, что мы находимся не во сне, а в самом настоящем мире, который ещё и является местом обитания демона? — Странник, не сбавляя шага, посмотрел на Талиониса, стараясь разглядеть выражение его лица, которое было скрыто капюшоном.

Остановившись, ангел хотел было ответить, но оборвав себя на полуслове, протянул грифону помятую и местами обугленную бумагу. Это оказался самый обыкновенный агитплакат, на котором была изображена принцесса Селестия, возвышающаяся над множеством пони в военной форме и надпись “ А ты встал на борьбу с зебрами?”

— Что это за ху...нь?! — Ферразиус тупо глядел на картинку и начинал понимать, откуда появились пустоши и руины замка. — ЧТО ЭТО ЗА ЁБ ТВОЮ МАТЬ!? КАКАЯ Н…Й ВОЙНА В ЭКВЕСТРИИ?! КОМУ В ГОЛОВУ ПРИШЛА ИДЕЯ ПОГРУЗИТЬ ЭТОТ МИР В КОТЁЛ ЯДЕРНОГО АПОКАЛИПСИСА?!

Талионис просто стоял и ждал пока грифон не разорвёт плакат в клочья, и выдав несколько неизвестных ему слов, продолжит путь. Поняв тщетность своего гнева, Ферразиус просто затолкал клочки бумаги в трещину на земле, и молча развернувшись, заметно ускорив шаг, побрёл к замку.

— Убью… всех их убью… — Бормотал Странник как заведённый, всё, набирая и набирая скорость.

— Спокойно, с демоном нужно биться с чистыми мыслями. — Талионис шёл следом, но не обгонял, опасаясь окончательно взбесить грифона.

— Да пошёл ты, рыцарь света и справедливости! — Сплюнул Ферразиус, пиная приветливо лежащий на дороге, череп коровы.

Ответ ангела так и остался загадкой, потому что посреди дороги возникли две крылатые фигуры в рясах сумеречного цвета. Незнакомцы были один в один похожи на Талиониса, но их крылья напоминали два чёрных пятна, которые постоянно шли разводами и того гляди готовы были раствориться в воздухе, в руках они сжимали огромные косы и в своих нарядах напоминали христианскую смерть. Заметив Талиониса, они, взмахнув крыльями, скрылись за тучами.

— Падшие братья, вам не уйти! — С этими словами ангел оторвался от земли и исчез в небе, преследуя неизвестных.

Проклиная себя за то что, имея крылья, он так и не научился летать, Странник просто стоял на месте и смотрел на затянутые тьмой небеса. Тут он заметил тело, которое камнем падало вниз, и не успев его, как следует разглядеть, грифон отпрыгнул в сторону, давая неизвестному свободное место для посадки. Это оказался один из “смертей” только выглядел он не совсем здоровым – крылья-пятна отсутствовали, а торчащие из раздробленных ног остатки костей говорили о неудачном приземлении. Не произнося не звука, незнакомец пополз к своей косе, которая валялась неподалёку, но Ферразиус его опередил и схватив сельскохозяйственный инструмент, который перековали в боевое оружие, замахнулся на калеку.

— Есть что сказать перед смертью? — Грифон заносил над полумёртвым противником косу, готовясь к удару.

— Deus damnant vobis! — Ответил падший ангел, не поднимая головы.

Лезвие со свистом рассекло воздух и пробив капюшон, с хрустом вошло в череп, орошая мёртвую землю кровью и мозгами. Упёршись лапой в спину убитого, Странник с трудом вытащил своё новое оружие. Снова задрав голову, грифон стал ждать второго.

— Ферразиус, ты меня слышишь? Если да, то иди к руинам один, я догоню тебя, как только освобожусь! — Голос прозвучал подобно грому и Странник, понимая, что ничем сейчас помочь, не сможет, закинув косу на плечо, побежал к логову зла.

Убийство словно придало ему сил, и он не обращая внимания на усталость, быстро приближался к обители местного демона. К его удивлению замок, а точнее всё, что от него осталось, был похож на разрушенную сторожевую башню, но никак не на остатки некогда величественного сооружения.

«Слава богу, это не Кентерлот. Да и горы поблизости нет, зря что-то я разволновался».

Приосанившись и перехватив косу обоими лапами, грифон крикнул, обращаясь к ядовитому туману:

— Выходи и прими свою смерть, отродье варпа!

Сначала ничего не происходило, но потом зелёное марево начало загустевать словно кисель и вонь стала просто невыносимой. Глаза слезились, заставляя Ферразиуса часто моргать, но он не отрывал взгляда от тумана, принимающего форму, отдалённо напоминающую человеческое тело. Моргнув ещё пару раз, грифон начал различать очертания демона и его чуть не вывернуло наизнанку. Повелитель Скорби представлял собой огромного гуманоида, в котором было, около трёх метров роста. Поверх подгнивших костей и мокрой, покрытой язвами кожи были зеленовато-чёрные пластины хитиновой брони. Глаза – шарики отмёршего белка, прорезанные ледяными сапфирами, разделяясь на множество граней и размножившись по всему лицу, впивались в кости. Помимо потемневших и крошащихся зубов, во рту были мандибулы. Непропорционально вытянутые конечности с множеством суставов, оканчивались острыми костяными ножами. Повелитель Скорби, открыл рот и заревел, а из-под кровоточащих гноящихся губ вылетел рой насекомых, окутывая дрожащее тело живым саваном, закрыв пелериной бьющихся и жужжащих крыльев.

— Срань господня… — Сорвалось с дрожащего клюва и сделав непроизвольный шаг назад, упёрся спиной во что-то тёплое и воздушное.

— Страшишься? — Спросил Талионис, удерживая грифона своим распахнутым крылом.

Теперь ангел был вооружён мечом объятым пламенем и трофейной косой второго падшего ангела. Исходящий от ангела свет усилился и слегка слепил Ферразиуса, а вот демону он доставлял невыносимую боль. Он взревел и неожиданно быстро для своего размера, побежал к светилу.

— Удар сил света! — Крикнул воин небес и присев на одно колено, начал разводить руки в стороны.

Выглядел удар не менее пафосно чем звучал – золотая комета, секунду назад бывшая Талионисом рванулась к чудовищу и через мгновение Странник ослеп. Протирая глаза и отходя назад на случай если тварь выжила и идёт по его душу, грифон, стараясь не отступится, боролся со своим страхом. Когда же зрение к нему вернулось, он увидел, как ангел с оружием в каждой руке сражается с порождение тьмы, оба были настоящими мастерами боя и Ферразиус понял, что без ангела ему нечего тут делать. В этот момент Талионис провёл ложный выпад и тварь купившись на него, открыла правый бок. Взмах косы и с демона сползает часть хитина, оголяя ничем не защищённые внутренности. Повелитель Скорби взревел и в тот же миг его личный рой мух начал своими телами закрывать прореху, образуя новую гудящую кожу. Странник больше не мог стоять в стороне и с боевым кличем “Всех убью, один останусь!”, размахивая косой, устремился к демону. Тот был полностью поглощён битвой с ангелом и даже не замечал что-то там орущего грифона. Уязвлённый Ферразиус с разбега хотел рубануть его по спине, но встретил лишь парирование когтистой лапой, быстро извернувшейся навстречу клинку. Увидев перед собой нового противника, Повелитель Скорби взревел, призывая новый рой, который на этот раз напал на грифона. Крича от боли и отвращения, окружённый со всех сторон Странник пытался избавиться от кусающейся оравы катаясь по земле, но это особо не помогало. Тем временем воин небес провёл ещё серию выпадов, кружа над демоном и стараясь пробить его защиту. Свет доставлял демону боль и сжигал слишком близко подлетевших мух и на этом вся его польза заканчивалась. В ответ на вспоротый бок, Повелитель Скорби резким взмахом вспорол ангелу стопу, с лёгкостью пробив его сапог своим когтем. Победно взревев, демон хотел уже окончательно сбить противника с небес, как боль в отведённой для удара ладони заставила его обернуться. Облепленный мухами Ферразиус пригвоздив его руку косой к земле и схватив булыжник, стал долбить по её обуху, позволяя лезвию всё глубже и глубже входить в трещину между грунтом. Разъярённое чудовище замахнулось лапой на грифона, но в последний момент, изменив траекторию, нанесло удар в грудь готовящемуся отсечь ему голову ангелу.

— ТАЛИОНИС!!! — В не себя от ярости, Странник швырнул булыжник прямо в демона, сломав тому одну из мандибул.

Но ангел и не думал умирать – лапа пробила его насквозь и застряла в теле, чем он и воспользовался. Оттянув лапу Повелителя Скорби к земле, он вогнал косу в землю и пыхтя от боли, потянул тварь на себя. Когда демон понял, что его буквально распяли, и он не может защищаться, он в очередной раз взревел, призывая всех оставшихся насекомых, которые должны были остановить единственного, кто сейчас мог его убить – Ферразиуса.

— Ферразиус, лови мой меч! — Грифон на лету поймал клинок, который уже потух и от него исходил пар, словно от утюга. — Убей его, мой меч вполне справится с его бронёй… ГХАААХ… быстрее!

— А как его включать?! — Не замечая скапливающееся за его спиной живое облако, Странник искал на эфесе кнопку.

— Сам включится, просто бей и думай о том, за что стоит сражаться и умереть! — Талионис продолжал держать вырывающегося демона.

Перед глазами начали мелькать образы, которые быстро сменяли друг друга: Ехо, Джуффин, Куруш, Сэр Шурф и ещё несколько смутно знакомых людей ,чьи имена он к своему стыду позабыл. Потом появился второй мир, который принял его с распростёртыми объятиями, и образов было намного больше, хотя был он там всего ничего: Принцесса Селестия, принцесса Луна, Твайлайт, Пинки, Рэйнбоу Дэш… Тут у Ферразиуса промелькнула одна единственная мысль, заставившая запылать клинок с новой силой.

«Что если мы умрём, и это отродье выберется в реальный мир? НЕТ, НИ ЗА ЧТО!!!».

Крылатая фигура с огненным мечом набросилась на демона. Повелитель Скорби не хотел умирать и направив на пылающего гневом грифона свою небольшую армию, попытался вспороть ему живот своей задней лапой. Уход влево, замах и чудовище визжа от боли, валится на землю не в силах удержать равновесие на одной оставшейся ноге. Мухи, пытаясь спасти своего хозяина, гибли в огненных дугах, которые грифон выводил мечом им на встречу. Ещё два шага и жалкая пародия на жизнь уже перед ним. Два удара и из вспоротого живота с чавканьем вывалились кишки и остатки роя в виде опарышей. Перешагивая через извивающуюся кучу, Странник схватил умирающего демона за целую мандибулу и притянул к себе. Вонь была невыносимой, но Ферразиус терпел, и глядя в многочисленные глаза, произнёс:

— Возвращайся к своим грязным богам.

Демон начал шипеть, но его речь оборвал меч, пробивший ему зубы и вышедший через затылок. Странник напряг мышцы и послышался хруст – огненный клинок пошёл вверх, разделяя морду твари на две половинки. Всё это сопровождалось пронзительным визгом и потоками рвоты и чёрной слизи в сторону грифона, но как только огненный клинок дошёл до мозга и резким движение пробил черепную коробку, выбираясь наружу, Повелитель Скорби пал…

— Я сейчас… — Первое, что сделал Странник после победы над демоном, это непроизвольно опустошил свой желудок, заведомо отойдя подальше от гниющего трупа. — И как… как тот лысый мужик, делал такие вещи и лишь немного хмурился.

Тихий стон заставил Ферразиуса оторваться от размышлений от и хромая, подойти к умирающему рыцарю.

— Не хило тебя цапнули. — Грифон потянулся к лапе с целью вынуть её когти из Таллтониса, но тот остановил смертного.

— Похоже, на небеса я отправлюсь немного раньше, чем ожидал. — Ангел тратил последние силы на короткий разговор. — По крайней мере, я попался на одну из самых хитрых уловок, и отходить в мир иной не так стыдно.

— Какой умирать? Ты же ангел – исцели себя! — Грифон ощутил жгущий комок в горле.

— В игрушки, что ли переиграл? — На лице рыцаря появилась спокойная улыбка. — А исцеляю раны не лучше простых смертных целителей, а тут можно даже не пытаться. — Он мечтательно посмотрел на белоснежные облака, сменяющие грозовые тучи. — Знаешь, а я ведь думал мы не справимся… можешь оказать пару услуг умирающему старику.

Когда грифон кивнул, ему в лапу лёг богато украшенный кинжал с узким трёхгранным сечением клинка. Таллионис взял грифона за запястье, и потянул его лапу к сочленению доспехов, на месте где было сердце.

— Что? НЕТ! Не собираюсь я тебя убивать. — Освобождаясь от захвата слабеющих рук, Ферразиус посмотрел на ангела с ужасом. — Это же грех, но ладно грех я и так в них по уши, так ты сам просишь меня стать ближе к аду на один шаг. Есть же, шанс исцелится.

— Отпускаю тебе все грехи, сын мой. — Ангел трижды перекрестил грифона. — Думаю, если благословение священников считается, то и моё не хуже. И исцелится я не смогу, переход в реальный мир не осилю, а помочь мне можешь только ты. — Видя, что Странник не торопится, он продолжил. — Если ты не нанесёшь мне удар милосердия, то я в течении нескольких часов буду заживо гнить в этом господом забытом мире. Ты оставишь меня наедине с самой ужасной пыткой, которая когда-либо была рождена в извращённых умах.

— Убей себя сам, а меня в это не впутывай.

— Самоубийцы не попадают на небеса.

— Да чтоб тебя! — Трясущимися лапами, Ферразиус приставил мизерикордию к щели доспехов. — Ты что-то говорил о последних просьбах.

— Да. Первую ты знаешь и выполнишь её в конце. Вторая просьба – не держи в себе чувства и признайся той, кто тебе дорога, не смотри на меня так, я тебя не обманул и не лазил в твои мысли и даже “подарок” сделал, упираясь на твои эмоции, кстати, прости, что так вышло с пегаской.

— Глупо думать, что я сейчас на тебя злюсь.

— Точно, вы смертные такие сентиментальные. — Талиониса уже начало трясти, но он так же спокойно продолжал говорить. — Чуть не забыл – передай Рэйнбоу Дэш, что она прекрасно танцует. Это был лучший танец в моей долгой жизни, пусть в конце ты и выпихнул меня из своего тела, но всё равно… мне будет не хватать, этой крылатой поняши… хотя и знал её всего ничего…АРГАРГХ… добей меня, я больше не могу. — Капюшон, который до сих пор закрывал лицо, сполз на землю, и перед Ферразиусом предстало мертвенно-бледное лицо, на котором отражалось невероятное страдание. — Смерть это только начало, помнишь? — Сквозь зубы процедил умирающий рыцарь.

Странник стало очень плохо, не только потому, что он должен был убить своего товарища, но и из-за начинающих гноится ран от укусов. Осознав, что вот-вот рухнет на землю, грифон из последних сил загнал кинжал в сердце ангела и ощутил, как его тело оседает рядом с павшим воином света.

Читать дальше