Глава 34. Развязка. Часть 3 Глава 36. Рассвет не наступит

Глава 35. Развязка. Часть 4

Google Docs

Они встретились в окраинном зале на полпути к любому важному месту.

Хрустальные люстры не горят. Свет косо падает из множества окон и рассекает длинное помещение на полосы зебры, бежит по полу и размягчённой гобеленами стене. Свет, тень, свет, тень.

Райза покрывает темнота. Лейт стоит в лучах Солнца.

За стеклами, где-то внизу, лежит Эквестрия.

— Привет. Ждал меня?

— Да.

— Эмпл передала тебе, что мы скоро начинаем? — он говорит, и магия бежит с его рога, защищая зал. — Я последние проверки устроил, всё как надо.

Движение вперёд — и тут же отступление. Лейт остался на месте. Напрягся.

Понял, что что-то не так.

Райз не отводил от него взгляд. Облизнулся, почувствовал пот за обхватывающими тело ремнями. Потом склонил голову набок, улыбнулся и спросил:

— Что рассказала тебе Луна?

— У неё, кажется, проблемы с тем, чтобы вспоминать об этом, — после короткой паузы ответил Лейт. — Она смогла сказать, что не создавала звёздное небо с нуля. Она строила на основе чего-то, что там уже было, а это что-то имитировало что-то иное... Не слишком много определённости. Но про суть я выяснил больше. Мы были правы. Звёздное небо — это артефакт, артефакт того же рода, что и Элементы Гармонии или Кристальное Сердце. И благодаря связи Луны, о звёздах мы знаем больше. Как я понял, там эдакая сеть, огоньки в узлах, нити между ними... ну, связи, что-то из той же сферы, что у Элементов... и... Райз?

— Я слушаю тебя.

— Ты... — он тряхнул головой. — В общем, звёздное небо действительно что-то из той же сферы, что остальные артефакты. Они могут быть источниками этого влияния на тебя и Твайлайт.

— Поэтому ты решил, что мы должны начинать действовать немедленно?

— Ага... да. Раз здесь замешана ещё одна сила, я решил, что мы должны действовать, пока она не успела нанести новый удар. Кто знает, каким может оказаться её следующий ход — необходимо её опередить.

Они посмотрели друг другу в глаза.

Райз ответил лишь через минуту:

— Раз здесь есть ещё одна сила, ты не боишься, что смерть аликорнов приведёт к непредвиденным последствиям? Не следует ли наоборот, лучше изучить вопрос?

— В этом вопросе ничего не изменилось, аргументы те же. Мы по-прежнему знаем, что в отсутствии принцесс всё работало, и это помимо прочего. Ничего не изменилось.

Лейт переступил с ноги на ногу.

Всё ещё не двигается с места, не приближается.

Они оба не двигаются. Просто стоят в нескольких метрах друг от друга.

— Я исследовал заклинание отъёма ауры, — сказал Райз.

— О! Ты наконец-то понял его?

— Пожалуй.

Лейт выдохнул и улыбнулся. Расслабился.

— Ну как? Есть какие-нибудь замечания?

— Скажи, насколько всё же сильны аликорны?

— Ну, несмотря на то, что они способны двигать светила и жить вечно, в прямом магическом противостоянии они не так уж...

— Нет, — оборвал Райз. — Я не об этом. Насколько сильна их аура?

Лейт чуть нахмурился:

— Если ты чисто о магическом напряжении... полагаю, очень сильна?

— Очень сильна. Насколько?

— Едва ли тут можно дать чёткие цифры.

— Я ориентируюсь на слепок в основе твоего заклинания, — Райз заговорил медленнее. — Могу я утверждать, что мощь поля каждого из них превосходит мощь полей тысячи простых пони?

— Да... да, думаю, вполне. К чему ты клонишь?

— И мы разделим каждое такое поле на двести частей.

Движение — Лейт несколько раз быстро кивнул.

— Да, да, если повезёт — двести. Возможно, придётся взять куски больше, но я надеюсь, и двухсотая часть сохранит бессмертие, — сказал он и запнулся в конце. — Райз, что-то не так?

— Правильно ли я понимаю, что при скреплении, поле принимающего должно быть сильнее фрагмента поля аликорна?

— Да. Естественно, мы же крепим поле к полю, поэтому физическое тело тут не у дел. Если фрагмент будет сильнее ауры пони, то просто перемелет её в себя. Если это и не смертельно, то близко к тому.

Райз посмотрел вниз. Лейт перестал говорить, замолчал, ничего не добавил, оставил его в тишине.

Не объяснил.

Почему? Почему, почему, почему, почему...

Он должен был понять давно. Что там, он ведь понял, он увидел. Но не захотел признавать. Обещал себе вглядываться во тьму — и струсил, когда пришло время.

Но теперь прятаться уже некуда. Уже не закрыть глаза.

Райз поднял голову.

— Лейт, никто из обычных пони, из пегасов или из единорогов не сможет принять бессмертие. Для тебя это должно быть очевидно.

Лейт несколько раз быстро моргнул, а потом ответил:

— Нет, всё нормально, мы вытянем силу из фрагмента, а пони наоборот, накачаем магией.

— Это не сработает. Ты знаешь. Заёмная сила тут не сыграет роли, артефакты тоже не помогут, важна только мощь самой структуры поля. Наполняющая же её магия будет свободно перетекать из одной соединённой структуры в другую, никакой из них она преимущества не даст. Лишь ускорит процесс.

— Тогда... — Лейт бросил взгляд по сторонам, — тогда мы раздробим фрагмент и будем цеплять по кусочку. Должно получиться ведь, а?

— Ты ничего не придумал. Ты ничего не придумал, не знаешь, как их передать, ты не решил эту проблему. Но ты всё равно начал действовать. Почему, Лейт? Почему?

— Нет-нет-нет, это должно сработать, Райз, не бойся. Хорошая идея, раздробим фрагмент и дадим полю поглотить его, потом ещё кусочек, и так пока не накопится достаточно. Надо провести эксперимент с какими-нибудь простыми полями, посмотрим, как они цепляются назад если их расколоть. Давай, мы можем...

— Ничего не выйдет.

— Откуда тебе знать?! Ты едва полмесяца назад это заклинание увидел, ты что, думал, что так быстро в нём разберёшься?

— Ты так думал.

— Я ошибся!

— Ты ошибся.

Хочется разбить копыта в кровь о холодный камень пола, хочется с разбегу удариться о стену, хочется просто плюнуть, забыть и вернуться к их делу.

Вместо этого Райз сделал полшага вперёд. Продолжил:

— Ты ошибся. Ты... — он на секунду прикрыл глаза. — Нет. Мы ошиблись. С тех пор, как я присоединился к тебе, всё это — наша общая ошибка. И исправить её мы можем тоже вместе.

Лейт зеркально отступил.

— Что ты...

— Лейт. Ты искажён магией. Вероятно, мы оба искажены. Нашим суждениям нельзя доверять. Мы должны остановиться.

Тихий вздох.

— Ты хочешь сдаться.

— Нет, — одними губами Райз улыбнулся. — Нет... Не хочу. Но мы должны. Мы должны остановиться, признать ошибку прежде, чем... прежде чем мы уничтожим мир.

— Уничтожим мир! — Лейт засмеялся. — Райз! Я — это ты, ты — это я. Мы оба знаем, что мы должны сделать. Ты хочешь всё бросить сейчас, оставить сотни пони умирать?! Вот то, что ты должен помнить. Те, кого мы поклялись спасти. Мы должны защитить так много жизней, как только сможем! Отступим — они умрут. Кто-то сейчас, кто-то — потом. Ты знаешь, наша цель правильная.

— Неважно, насколько правильна наша цель, если мы не сумеем её достичь.

— Так помоги мне суметь!

Они снова встретились взглядами.

— Мы не...

— Райз, хватит! Ты видишь проблему там, где её нет. Паранойя нам сейчас только навредит. Хочешь потом объяснять Гласси, что её сестра должна была умереть из-за того, что тебе что-то там показалось, что мы можем что-то не то сделать? Хочешь всем им это объяснять? Ты хочешь?!

Нет. Нет.

— Паранойя... — Райз глухо усмехнулся. — Я не хочу объяснять всем, почему мы привели их к концу. Не хочу объяснять тебе, почему не остановил, когда нужно было. Лейт, ты оставил статую Дискорда в Понивиле, и ловушка никак не уравновешивала опасность катастрофы. Ты не позаботился о запасных планах на случай, если заговор пойдёт не так или соседние страны выкинут что-то не то. Ты спешишь убить аликорнов, хотя узнал, что они связаны с непонятной силой, ты не переоценил риск, когда появились неучтённые обстоятельства. И это далеко не всё, чейнджлинги, Твайлайт и аликорны... Не знаю, чему из твоих слов вообще можно теперь верить. Ты вёл себя беспечно и самоуверенно. Всё это не похоже на нас. Ты не стал бы так себя вести в здравом уме. Ты должен это помнить.

Лейт выпрямился.

— Вероятность катастрофы в Понивиле была минимальна, только компания Твайлайт могла создать проблему и только пока меня не было рядом, нам просто не повезло, что они так не вовремя напали. О нашем плане — ты сам говорил, что он хороший и должен сработать, и он достаточно гибкий, чтобы подстроиться под события. Как сейчас, например. Угроза артефактов не влияет на риск убийства аликорнов. И то, что мы продвинулись так далеко, доказывает, что я был достаточно осторожен.

— И главное, ты начал всё это и идёшь на убийство принцесс, хотя у тебя даже нет способа передать бессмертие другим и ты понятия не имеешь, сможешь ли его найти, — говорил Райз. — Возможно, тебе есть что сказать по каждому случаю, но ты не можешь не видеть, что это оправдания и что суммарный риск слишком велик. Ты умеешь считать.

— Эти расчёты не стоят жизней! Райз, мы можем победить. Раздрабливание сработает! — Лейт махнул копытом. — С чего ты вообще взял, что вот так внезапно разобрался во всём правильно? Ты ещё вчера не понимал это заклинание, что изменилось? Мы способны справиться с этим. Что там, проклятье, может быть, нам даже удастся закрепить последний фрагмент поля в аликорне так, чтобы та выжила и мы вообще никого не убьём. Райз, не теряй надежду.

— Ты слышишь себя? «Эти расчёты не стоят жизней»?

— Да, я слышу! Верно, да, ты прав, мы должны считать, подсчитывать вероятности успеха, неудачи, риски. Но ничто из того, что ты тут говорил не обладает достаточной силой, чтобы мы бросили сотни пони на смерть. Стопроцентную смерть, Райз, без вариантов. Ты сравниваешь шанс, только шанс на проблемы с гарантированными смертями. Даже не просто... Погибнут те, кто мог бы жить вечно. Сотни бессмертных пони... или мертвецы. Не забывай об этом, Райз, не забывай. Это ведь... и твоя жизнь.

— Я помню, Лейт. Помню.

Почти синхронно они вздохнули. Хмыкнули.

Потом Лейт спросил:

— Ты так хочешь вернуться к ней?

— Это не из-за Сансет.

— Ты не хочешь идти против неё. В этом ведь дело? Я понимаю, я...

Райз подался вперёд.

— Я уже пошёл. Я дрался с ней, Лейт, дрался и мы чуть не убили друг друга. Дрался за тебя. Я верил в тебя, и чёрт возьми, хотел бы продолжать верить. Не говори мне о Сансет. Я предал её, и на этом всё.

— Прости, — коротко сказал Лейт.

Сердце бьётся о грудную клетку и заставляет тело вздрагивать в такт.

— Не хочу потом говорить так о тебе, — Райз посмотрел в сторону.

— Если не хочешь, то не предавай меня. Райз, прислушайся к себе, прислушайся к чувствам, ты не хочешь на самом деле этого. Я твой друг, твой брат, ты хочешь идти рядом со мной. Но... Райз, вспомни, ты под влиянием. Твои видения, сводящие с ума искажения — что-то воздействует на тебя. Возможно, артефакты, неважно, Тень, магия вперемешку с чувством вины, что-то, главное — тебя изменяют. Ты искажён. Но ты можешь справиться.

Лейт на несколько секунд затих, странно, будто бы судорожно, вздохнул, и продолжил:

— Прислушайся... к тому, что в самой основе тебя. В глубине разума, в твоём сердце. Ты знаешь, что хочешь идти вместе со мной, что хочешь спасать жизни. Ты знаешь, что мы должны это сделать. Ты помнишь. Сосредоточься.

— Лейт, я знаю, что мы должны делать. Лейт я... — Райз запнулся, а потом очень внимательно посмотрел на собеседника. — Нет, я не могу сказать, что не искажён. Я под воздействием, и не знаю, насколько хорошо справляюсь с этим. Ты прав. Но я помню кое-что очень важное. То, что даже глубже, чем стремление к жизни для всех. Умение считать.

— И восемь сотен больше четырёх.

— Но меньше, чем всё население этого мира. Если ты ошибся насчёт соседних стран — начнётся война. Если ошибся насчёт заговора — война может оказаться гражданской. Если ошибся насчёт Тени — будут глобальный голод и толпы зомбированных. А может и чего хуже. Если ты серьёзно ошибся насчёт принцесс, то... да я даже не представляю. Солнце, не светящее, а ставшее просто пятном... Помнишь это? Мы все можем умереть. И ты не можешь доверять себе. Тебе некуда будет отступить, и ты даже не знаешь, способен ли сделать то, что хочешь. Ты начал глобальное и рисковое дело даже не разобравшись, как прикрепить фрагменты полей аликорнов к пони. Молчи! Даже если раздрабливание сработает, ты только придумал его. Ты начал действовать, когда в твоём плане ещё зияла огромная дыра. И ты не можешь быть уверенным, что в остальных направлениях нет таких дыр. Мы оба не можем. Даже если попробуем отыскать... слишком сложно, слишком велик суммарный риск. Ты готов поставить на кон всё с такими шансами?

— Это лишь шансы. Сотни спасённых жизней стоят риска.

Воцарилась тишина. Текли секунды, никто не двигался с места.

Наконец, Райз повернул голову и посмотрел в окно. Отрешённо произнёс:

— Знаешь, в древности в моём мире была одна великая страна. Когда-то царство, после — республика. И был в ней великий правитель. С верными легионами, любимый народом. Он победил в гражданской войне, набирал всё больше власти. И распоряжался ею хорошо. А ещё у него был друг. Друг этот в гражданской войне сражался на другой стороне, но правитель простил его, спас и приблизил к себе. Дал ему всё. Друг ценил это, любил правителя. Но вместе с тем... Пони, наверно, это сложно будет понять. Когда-то свергнув тирана, правящие семьи страны поклялись не дать больше одному человеку получить абсолютную власть. Неважно, хорош ли он. Люди меняются со временем, а наследники часто оказываются хуже. И друг, выходец из одной из этих семей, боялся, что правитель обретёт абсолютную власть. Он и обрёл, по сути. Республика вновь погружалась в диктатуру.

Он коротко вздохнул, прежде, чем продолжить:

— Друг присоединился к заговору. Они напали на правителя, тот отбивался, но увидев, что против него идёт друг, сдался. Накрылся плащом, лёг и позволил себя убить. Но история на этом не кончилась. Заговорщики ожидали, что все поддержат их, но недооценили любовь к правителю у народа. На похоронах другой произнёс пламенную речь, и народ поднялся. Заговорщикам пришлось бежать, началась новая гражданская война. Множество людей погибло, а в результате — республика пала. И на её место пришла империя. Вновь возник абсолютный правитель, вернулась монархия. Заговорщики хотели спасти республику, но в итоге сами уничтожили её. Друг пожертвовал человеком, что дал ему всё, человеком, которого действительно любил, ради идеалов. И тем самым эти идеалы погубил. Что случилось с ним? После поражений в гражданской войне, увидев то, что сотворил, он покончил с собой. Вот так. Недостаточно сделать выбор, пусть даже правильный, необходимо ещё справиться с ним. И иногда это невозможно. Ты уверен, что не будешь также стоять, смотреть из этого окна, — Райз указал копытом, — видеть горящую Эквестрию и мечтать сброситься вниз?

— У нас никогда не происходило такого, — с той же интонацией ответил Лейт. — Ты уверен, что в этой истории «другом» окажешься не ты?

Воздействия на разум... невыносимы.

— Нет. И если я ошибаюсь, то без толку убью сотни пони. Но если ошибаешься ты... умрут многие тысячи.

— Ты сомневаешься.

— На наши разумы воздействуют. Речь идёт о многих жизнях. Конечно, я сомневаюсь. И ты должен, это тоже часть нашей личности. С другими мы должны были бы показывать уверенность, но друг с другом...

— Понимаю. Я... — Лейт задумчиво растянул звук, — не уверен до конца. Не знаю. Не когда против меня ты. Но я... не могу разобрать, что...

Райз с силой выдохнул.

— Слишком много сомнений для такого дела. Мы должны остановиться. Нужно признать ошибку прежде, чем она вырастет до катастрофы.

— Ты же понимаешь, что если мы остановимся, у нас не будет второго шанса? Нам больше не позволят и близко приблизиться к возможности...

Лейт затих, грустно улыбнулся и закинул голову к потолку. Добавил:

— Стоит мне закрыть глаза, я вижу их. Тибуш, Мод Пай. Гласси и Эмпл. Ты. Сансет. Сотни других лиц... И все — мертвы. Потому что мы дали слабину, потому что мы не справились. Или потому что сдались. Я смирился с меньшим злом... Но теперь ты просишь меня смириться с большим. Если мы остановимся, у стольких не будет даже шанса...

— Это то, что нам придётся... принять. Ради остальных.

— Может, мы не так и похожи.

В этом голосе отразилось презрение.

Райз отступил на полшага, посмотрел вниз.

— Может.

Молчание.

— И... Нет! — Лейт вскинулся. — Нет. Это неправда, мы знаем это. Мы с тобой... Плевать на миры и отражения, плевать на всё, мы с тобой друзья! Это не может не значить... Райз, не бросай меня.

Он пошатнулся и слепо договорил в никуда:

— Я не справлюсь один...

Что-то сжалось внутри. Глаза налились тяжестью, но Райз не опустил взгляд.

— Лейт... прости. Прости. Я... я не ухожу. Я не ухожу. Мы... закончим это вместе. Но... Согласишься ты... или нет. Мы закончим.

Закончим.

Лейт пусто посмотрел на него:

— Ты хочешь убить меня?

Тишина.

Убить. Убить.

Убить.

Глухие удары барабанов, после каждого череп сотрясается болью.

Металлический привкус на языке.

Убить его?

— Я... я... Нет!

— Нет! — Лейт засмеялся во всё горло. — Нет! Конечно же ты не хочешь! Но ты должен, да? Должен предать, должен убить, всё ради высшего блага, и плевать, кто перед тобой! Ты сделаешь всё, что посчитаешь правильным. Я знаю, я ведь сам такой, я ведь это ты. И ты знаешь, как поступлю я.

Райз отступил на шаг.

— Лейт! Лейт, послушай, послушай, мы... — он проглотил слово «должны», — можем всё обсудить разумно. Это ведь главная наша черта, способность обсудить разумно, а не что-то другое, разве нет? Мы можем поговорить, можем обдумать, чёрт возьми, Лейт, мы всё ещё можем не стать врагами!

— Правда?

Лейт покачивался из стороны в сторону, будто бы на несуществующем ветру. Смотрел куда-то.

— Ты всё ещё мой друг, — сказал Райз.

— Друг. Тогда я... тогда... Хорошо. Хорошо, я... Постой. Стой, что... — Лейт резко дёрнулся, запнулся, тряхнул головой. Через мгновение по его рогу побежала магия и он выкрикнул: — Ты! Что это, что... Ты отпустил их! Ты дал сбежать Флаттершай, Фенси и остальным! А я стою тут, развесил уши и слушаю тебя, как я сразу не понял... конечно не понял... Всё это, все твои слова — ничего не значили, ты с самого начала всё решил, а потом просто тянул время. Отвлекал меня, выигрывал время, ха, а я... Так, Райз? Так? Скажи мне хоть сейчас правду!

Кожу продрал холод. Медленно, трясущимися губами, Райз ответил:

— Лейт... Я отпустил их, но я... говорил правду. Это ведь наш путь... запасные планы. Подумай. Я страховался, это... разумно?

Тот низко опустил голову и хмыкнул.

— Ты хочешь убедить меня, что способен найти их, если мы договоримся. И тогда их можно использовать как приманку, чтобы поймать Старлайт или Сансет, смотря кто придёт проверять беглецов на предмет ловушки. Противник ослабнет. Но если мы не договоримся, они передадут информацию обо мне Твайлайт, даже без твоего участия. Даже если с тобой что-то случится. На них защита от поиска с вшитым маячком? Он не завязан на твою магию, иначе не помог бы против меня, значит, нужно знать какую-то характеристику. И ты подобрал её случайно.

— Если бы мы следили за ними постоянно, смогли бы быть на месте через секунду после того, как они поняли бы, что с моим плетением что-то не так, — Райз кивнул.

— Но для этого я должен был убедить тебя, что с нашим планом всё хорошо.

— Помимо того, мы можем использовать эту возможность, чтобы связаться с командой Твайлайт.

— Чтобы сдаться, ты хочешь сказать, — Лейт глухо рассмеялся. — Возможности на любой вкус. Что бы мы тут ни решили, да? И ты хочешь убедить меня, что я сам так поступил бы. Что же, возможно, это и верно. Если бы я играл против кого-то, кому ни на секунду не доверяю. Подумать только, я... Ха.

Ха.

Он посмеивался, но в глазах будто бы стояла вода.

— Лейт, мы оба искажены, — сказал Райз и сглотнул. — Мы не можем доверять даже самим себе. Но мы можем попробовать разобраться, прежде чем опрометчиво действовать. Мы всё ещё на одной стороне.

— Неужели? Мне показалось иначе.

— Мы одинаковы, и мы оба... можем вспомнить, что такое разумное поведение. Два умеющих грамотно мыслить разумных существа не могут согласиться не соглашаться. И раз наши мнения расходятся, значит или у кого-то недостаточно информации, или в чьих-то размышлениях ошибка. И мы оба не думаем, что какая-то ещё информация изменит мнение собеседника. И мы оба можем быть, — он перевёл дыхание, — под воздействием. В итоге, раз ни один из нас не смог убедить другого, мы должны прекратить всю деятельность и попробовать вместе разобраться, используя формализованные приёмы. Ты должен прекратить пока свою работу, я же не буду пытаться разрушить твой план и постараюсь убедить остальных. Ничего не делая кроме этого, ты можешь сохранить преимущество в силе. Другие... могут быть рады указать нам на наши ошибки. По изначальному плану, мы должны были начать действовать позже, так не будем торопиться. У нас ещё есть время и возможность выбрать лучший путь. Мы ещё можем... Лейт, мы ещё можем остаться друг у друга.

На лице Лейта отразилось колебание, ненадолго, всего на несколько секунд он, кажется, ушёл в напряжённые размышления, но потом отрешённо улыбнулся и покачал головой:

— Райз, ты же должен понимать, что я на это не куплюсь. Очевидно, что ты просто пытаешься задержать мою работу.

— Какие тебе нужны гарантии? Ты можешь взять меня в заложники пока мы разбираемся.

— Ты знаешь, что я тебе не наврежу. А остальные... прости, но не думаю, что там остался кто-то, кто за тебя боится. И у тебя наверняка есть какой-то план, тебе для него нужна моя задержка, а значит, я не могу её дать, что бы ты ни предлагал взамен. Ты, со своими «резервными вариантами», слишком опасен.

Райз судорожно выдохнул и спросил:

— Что же нам тогда... остаётся?

Что-то внутри тряслось.

— Я рад, что хоть и недолго, но у меня был такой друг. Сомневаюсь, что хоть когда-то был счастливее, чем когда болтал о магии с тобой, — тихо произнёс Лейт.

Одна за другой, нити, связывающие их, разрывались... расплетались... развязывались...

— Лейт, надень гаситель. Это может помочь.

— Я стану слишком уязвим. Ты нападёшь. Мы оба это знаем.

— Я клянусь...

— Это уже ничего не стоит! Мы ведь знаем друг друга, Райз. Не пытайся, — он замолчал, потом продолжил: — Мы оба знаем, что я намного сильнее тебя. Давай я отведу тебя в камеру. Всё будет почти как раньше, я буду заходить, учить тебя магии, а когда всё кончится — я дам тебе бессмертие. Раз ты не хочешь помогать — так тому и быть. Но ограничить возможность помешать я должен. Ты понимаешь. Договорились?

Райз медленно покачал головой:

— Нет.

— Проклятье, Райз! С твоими галлюцинациями, откуда ты вообще знаешь, что из происходящего — реальное? Может, ты видишь не то, что происходит, слышишь не то, что я говорю! Ты ведь знаешь, что с тобой что-то не так. Не совершай ошибку. Отступись, — вздох. — Даже если захочешь, тебе не победить.

— И ты доверял такому как я?

Тишина.

— Надеешься, что помехи от однородной магии не дадут мне тебя обезвредить, — Лейт пару раз кивнул. — Гласси, я знаю, что ты здесь. Я не позволю ему творить магию, а ты, будь добра, аккуратно его парализуй и отнеси в камеру. Не бойся, я буду рядом.

Никакой реакции, хоть Райз и чувствовал, что Гласси всё ещё рядом.

— Может, поможешь мне? — без особой надежды спросил он.

— Гласси!

Ничего.

— Похоже, мы с тобой один на один.

— Похоже на то.

— Знаешь, мы можем ещё...

Они ударили одновременно.

Пространство расцветило магией, за несколько секунд они обменялись десятком атак, и когда головная боль стала уже невыносима, всё взорвалось.

Огонь, свет, кровь... невозможно понять, что происходит, Райз видит лишь одно — как медленно, очень медленно его искрящиеся молниями ножи сталкиваются с защитой противника... как плетения обоих разрываются... ножи по инерции продолжают лететь... впиваются в Лейта...

А потом Райз своим горящим телом пробил стену и вылетел навстречу пустоте.

Город на краю... он пересёк край...

Последние мысли бежали, пока расходящиеся на лоскуты чары пытались замедлить падение с оседлавшего гору Кантерлота. Сотня за сотней метры проносятся мимо...

Что же, по крайней мере, он сделал что мог.

— Про...

И Райз врезался в землю.

Читать дальше