Глава 10: Маленькое Одолжение (291 ПС)

Глава 11: Маленькая прогулка (291 ПС)

Земным пони всегда было непросто одеться для похода по лютым зимним морозам. Конечно, её одежда была сделана специально для представителя её расы. На ней были и язычки, и петли достаточных размеров, чтобы можно было ими пользоваться ртом или копытами. Но даже так, процесс, который с использованием рук занял бы минут десять, без них занимал больше часа.

Сначала она одела Эзри, после чего навсегда перекрыла связь с городской системой отопления. Старый дом был теплоизолирован ещё до События, и поэтому держал тепло лучше, чем новые, но даже так она чувствовала, пока одевалась, как в него вползает холод. Алекс надела нижний слой одежды, плотный и тёплый, носки на каждое копыто, потом водоотталкивающий слой, а следом зачарованные плащ и куртку. Заклинание было умным, оно не сварило бы её живьём в помещении. Именно поэтому она могла спокойно смотреть, как маленькая Эзри ковыляет по дому, размахивая конечностями, спотыкаясь и падая снова и снова, как будто тряпичная кукла. Алекс не приходилось беспокоиться, что дрон схватит тепловой удар, пока сама она одевается.

Последний шаг был самым тяжёлым. Прошлым вечером Алекс подрезала свою гриву до мальчишечьи-короткой стрижки. Она надеялась, что сойдёт за жеребца любому, с кем им доведётся встретиться. Она сожгла лишнее, несмотря на то, что расплетённая грива за долгие годы выросла так, что свисала до самой земли. Потребуется ещё много лет, чтобы отрастить её назад.

— Ладно, Эзри, иди сюда, — позвала она, когда наконец оделась. – Я на тебя седельные сумки надену. – Дрон не была особенно послушной, но и сбежать будучи так неудобно одетой она тоже вряд ли смогла бы, поэтому у Дэй получилось её поймать без особых сложностей. – Ну вот и хорошо. – Она подняла маленькую сумку, похожую на те, которые носили школьники. В ней лежал базовый набор для выживания и немножко денег, хотя она и была уверена, что Эзри понятия не имеет как пользоваться и тем, и другим. – Твои собственные седельные сумки. Мы все такие носим, когда путешествуем.

Когда дрон поняла, что это подарок, который Дэй специально для неё сделала, Эзри немедленно прекратила сопротивляться, замерев неподвижно и приняв любовь Алекс с жадным восторгом. После недели, проведённой в Александрии, Эзри несколько округлилась. Дэй одолевали сомнения, что она такой и останется, когда начнётся поход. Любовь была хорошим способом завоевать её лояльность, но… хватит ли?

— У нас есть несколько недель, чтобы это узнать, — сказала она, разворачиваясь и подходя к собственным седельным сумкам.

Пусть они и были стары как само Событие, время не тронуло эти сумки. Каждый стежок на них был таким же ясным, а ткань такой же мягкой, как в день, когда их ей подарили. На каждой стороне была вышита милометка одной из эквестрийских диархов, каждая скрывала собственную спатиальную клаудикацию. От этого её сумки выглядели куда менее наполненными, чем у Эзри. Алекс надеялась, что от этого она будет больше похожа на цель, недостойную того, чтобы тратить силы на грабёж.

И на этом всё. Всё, что им могло потребоваться, было спрятано в седельных сумках и её голове.

— Так, Эзри, тебе ещё что-нибудь надо? – разумеется, дрон не ответила, хотя и выглядела достаточно воодушевлённо. Даже ченжлингу было понятно, что они собираются провернуть что-то важное.

— Вот и ладушки, — Алекс выключила последний светильник и направилась к двери. Несмотря на заклинание, в зимней одежде постепенно становилось жарковато. Чем раньше она выйдет, тем меньше вероятности, что передумает. – Скажи «прощай, дом!»

Эзри ничего не сказала, но попробовала повторить то, как Алекс преувеличенно торжественно помахала пустым внутренностям дома.

— Сойдёт, — она закрыла дверь, но не стала её запирать. Теперь особняк принадлежал городу, как того и хотела её подруга. Вскоре эти стены снова услышат жеребячьи голоса.

Но не Алекс: если всё пойдёт как задумано, она никогда больше не увидит этот особняк. Это было слишком больно.

Когда они прошли по главной улице и вышли на широкую магистраль, когда-то бывшую 133-м шоссе, всё ещё было раннее утро. Немногие пони уже вышли на улицу, и ещё меньше заговорили с ней, глядя на то, как она экипирована. Улицы были посыпаны солью и очищены от снега, и ничто их не останавливало. Они снова повернули, на дорогу, которая была 16-м шоссе, и ещё около часа двигались через то, что до События было пригородом.

Чем дальше они шли, тем хуже становилась дорога, но они этого не замечали. Их ботинки были специально приспособлены, чтобы не скользить на заледеневших дорогах, а их одежда не пропускала внутрь снег даже если его навалило бы им по плечи.

До границы города они добрались к полудню, дойдя до охраняемых ворот, отделявших Александрию от череды маленьких поселений за её стенами. Приближаясь к воротам, Алекс притормозила и вежливо помахала дежурившим там стражникам.

Она заметила двоих, единорога и пегаску, у каждого на плече висела винтовка, одеты они были в зимнюю версию обычной формы, сделанную из белой ткани и с вышитым на плече логотипом колледжа, похожим на средневековый герб. P90 давно канули в историю, их заменили сильно упрощённые версии Стандартной Конской Винтовки. К ней подошёл единорог.

— Эзри, стой рядом, — шепнула она, взглянув дрону в глаза, как делала всегда, когда отдавала важную команду. Ченжлинг уже усвоила, что Дэй прощала неповиновение и хулиганства, пока они были одни, но не терпела их в случае, когда рядом был кто-то ещё. Если она хотела до конца дня поесть ещё любви, ей приходилось слушаться. Её круглые бока намекали на то, какой послушной она была всю предыдущую неделю.

— Доброго дня, юная леди, — сказал единорог. – Неплохо вы экипированы. – Вблизи было заметно, что его рыжеватая грива была зачёсана назад и только немного выглядывала из-под капюшона. – Направляетесь за город?

— Мы готовились, — предельно вежливо сказала она. Не похоже было, что её уже узнали. Может, состричь большую часть гривы и было неплохой идеей. Тем не менее, он всё ещё мог учуять, что она кобыла. По этому поводу тоже надо было что-то придумать. – Слышала, что дороги безопаснее всего зимой.

— От бандитов может и безопаснее, — сказала пегаска, подпрыгнув и спланировав вниз, приземлившись рядом со своим товарищем. – Но их и летом немного. Может, где-то их и больше, но не вплотную к Александрии. – В её голосе звучала гордость, которую Алекс невольно разделяла. В конце концов, они говорили про её город, тот самый, который разогнал бандитов и защищал все земли вокруг. – А вот холод… холод везде.

— Несовершеннолетним запрещено покидать Александрию зимой без сопровождения. Если вам нужно в Кларксвилль или Вестфилд, думаю, на следующей неделе в ту сторону отправляется караван, — он бросил оценивающий взгляд на её седельные сумки. Она знала, что они не похожи на то, что носили с собой большинство путешественников, не потрёпанные в дальних походах, не увешанные скатками и палатками и закрепленными под странными углами. Обсуждаемое ими «правило» не существовало, Алекс это прекрасно знала. Эти охранники просто пытались остановить пару нежно выглядящих горожан от того, чтобы замёрзнуть насмерть за пределами города.

— Я совершеннолетняя. Эзри нет, но она со мной, так что…

— Правда? – пегаска подняла брови, оглядев её с ног до головы. – Тебе сколько, пятнадцать?

— Если хочешь выйти, придётся тебе показать нам паспорт, — сказал единорог, вежливо улыбаясь. – Это для твоей же безопасности. Подросткам не стоит бродить по диким лесам без присмотра.

— Справедливо, — вздохнула Алекс, но с другой стороны, она чего-то подобного ожидала. Ей даже не пришлось тянуться в седельные сумки, только в кармашек, где она ухватила зубами бумажник и протянула его единорогу. Он взял его в свою магию, открыл и поднял так, чтобы его напарница тоже видела. Алекс наблюдала, как его челюсть медленно отвисает, после чего стянула с головы капюшон, чтобы ему было лучше видно, и чтобы легче было сравнить её с фотографией. Пусть фото и было чёрно-белым, и волосы там были куда длиннее, но перепутать её было совершенно невозможно.

Первой пришла в себя пегаска:

— В-вы Лонли Дэй?

Алекс кивнула.

— Я о вас слышала на уроках истории, в школе, — уши кобылы прижались к голове от стыда. – Первый мэр города, и дольше всех на посту, так ведь? Не думала, что та часть, где они сказали, что вы ещё живы, была правдой.

Дэй улыбнулась:

— Последний раз, когда проверяла, было правдой, — её паспорт был настолько же действителен, как любой другой, только подписей в нём было больше обычного. У неё даже был штамп, обычно предусмотренный для драконов, означавший что-то вроде «этот индивид старше, чем выглядит». В отличии от большинства паспортов Александрии, в которых указывалась либо дата прибытия, либо дата рождения, у Алекс была указана её дата рождения до События, а возраст не был указан вовсе.

Пони легче было принять её бессмертие, когда им не приходилось сталкиваться с ним напрямую. Единорог ещё минуту разглядывал паспорт, после чего вернул его и вежливо склонил голову:

— Простите меня, Лонли Дэй. Если бы я знал, что это вы… — снова его внимание привлекли седельные сумки. – Конечно, вы можете идти, но вам, наверное, не стоит отправляться с такими скудными запасами. Даже на снегоступах путь до Вестфилда занимает по такой погоде два дня. К тому времени ещё и метель обещают, так что если не дойдёте…

— А почему вы пешком? – кобыла уставилась на Эзри, но спросить ничего про неё не рискнула. – Если не можете позволить себе билет на поезд куда бы вам ни было нужно, уверена, город бы…

— Город, пожалуй, помог бы, — прервала Алекс. – Да и билеты я себе позволить могу. Просто хочется пройтись.

— Зимой? – жеребец не смог сдержать возмущения. – Даже ополчение не посылает пони в одиночку в такую погоду. Вам правда стоит дождаться каравана.

Алекс пожала плечами:

— Караван не пойдёт туда, куда мне надо, да и скорость у него не та, какая меня устроит. Пони в караване торопятся, а я никуда не спешу, — она махнула копытом. – Моя… ученица и я знаем, что делаем. Нам не грозит опасность замёрзнуть. – Она указала на ворота. — Пожалуйста, офицеры, пропустите нас. Нам до темноты ещё надо немало пройти. — Видя, что они всё ещё колеблются, она добавила: — Конечно, если вы не собираетесь меня арестовать.

Охранники колебались ещё несколько мгновений, пока наконец единорог не пожал плечами. Его рог засветился и ворота начали распахиваться.

— Лонли Дэй, ничего личного. В общем, конечно, посреди зимы там нет никаких разбойников. Мы просто хотим защитить вас и всех пони Александрии.

— Понимаю, офицер. Можете не волноваться. Я хорошо подготовилась к путешествию, и у меня за плечами триста лет опыта выживания в глуши, — она указала копытом на Эзри. – У моей юной подруги-ченжлинга смертельное заболевание. Мы собираемся поискать ей лекарство.

Когда ворота наконец открылись, пегаска взяла ружьё наизготовку, больше не глядя на них, вместо этого осматривая окрестности своими зоркими глазами.

— Вы не в улей её ведёте? – единорог указал на восток. – Он в другую сторону.

Алекс махнула Эзри и они направились наружу. Быстро идти у них не получалось, у дрона были короткие ноги, и она иногда запиналась об одежду, падая на дорогу. Это было ценой тепла.

— У них это не лечат. Королева Блэклайт послала Эзри ко мне, чтобы я помогла найти метод.

Они вышли за ворота, пройдя мимо прочной древесины и пропитывавших её мощных заклятий. На заре Александрии она видела, как вплетённые в сетчатый забор заклинания Джозефа останавливали тяжёлый грузовик на полном ходу даже не прогнувшись. В ограде теперь было куда больше магии, так что она чувствовала тепло просто проходя мимо. Бандитов держала в узде не только бдительность, у города кроме этого имелась и самая сильная магия в пределах некогда человеческого мира.

— А что вы будете искать? – спросил единорог, не пытаясь последовать за ней за ворота. Без какой-либо заметной угрозы это означало бы, что он бросил свой пост.

— Душу! – крикнула в ответ Алекс. – Назад не ждите. Я уже отослала маршрут, но… пожалуйста, не надо просить ваше начальство посылать за нами спасателей. Мы направляемся в Сент-Луис и назад не вернёмся!

Ей не удалось расслышать ответ единорога за скрипом закрывающихся ворот, да она и не пыталась. За воротами дорога резко менялась. Снег и лёд поднимались на несколько футов, плотно утоптанные в дорогу, достаточно широкую, чтобы проехали сани каравана. Тут не было ни соли, ни фонарей.

К сожалению, холмов тут тоже было немного, поэтому Алекс пришлось взвалить Эзри на спину и взобраться на большой сугроб возле дороги.

С этого расстояния можно было рассмотреть только несколько самых высоких зданий. В стороне виднелись медленно ржавеющие склады, выделяющиеся на фоне белого снега оранжевыми перекрученными развалинами. В дымке на горизонте Алекс удалось рассмотреть самое высокое здание Александрии – Шпиль. Архитектором его был Джозеф, а построила его магия, а не инженеры. Работа сотен единорогов на протяжении десятилетий завершилась созданием волнистого шпиля из синего кристалла, возвышавшегося почти на десять этажей.

Он служил каким-то волшебным надобностям, хотя Алекс и не знала, каким именно. Она знала его как символ города, куда более внушительный, чем стены и работающие фонари на улицах. Столица мирового волшебства должна выглядеть немного волшебно.

— Скажи «прощай, Александрия», — сказала она, указав на Шпиль. – Ты, наверное, её больше никогда не увидишь.

— Скажи прощай… — послушно повторила ченжлинг, идеально повторяя интонации Алекс, даже несмотря на то, что её голос был как минимум на октаву выше и странно вибрировал.

— Прощай, — Алекс приподняла голову, коснувшись шеи Эзри жестом, который, как она надеялся, был похож на любящий. Эмоции переполняли её настолько, что она чуть было не пропустила сделанное Эзри. – Прощайте, мои пони, мои друзья.

Алекс отвернулась от города и пустилась в путь. Она аккуратно съехала по склону сугроба, стараясь не сбросить свою пассажирку.

— Друзья… — повторила Эзри, и голос её в этот раз был громче, а её хватка за спину Алекс стала достаточно сильной, чтобы чувствоваться.

— Ох! – слёзы на лице Алекс замерзали на холодном ветру. Она смахнула их и посмотрела вверх. – Эзри, ты же разговариваешь!

— Эзри! – повторила та, расплывшись в улыбке.

Алекс встретилась с ней взглядом, пытаясь передать, насколько она рада, не говоря ни слова. С ченжлингами так получалось лучше, чем с обычными пони. То, что дрон могла в буквальном смысле есть её одобрение тоже помогало.

— Очень хорошо, Эзри. У нас могут-таки быть и хорошие новости для королевы Блэклайт. Можешь сказать что-нибудь ещё? Кроме как… повторять за мной?

— Повторять за мной! – подпрыгнула Эзри, хихикнув.

— Ну, тоже ничего, — интеллектуальное развитие собаки или попугая было лучше того, с чего они начали неделю назад. – Интересно, сколько из этого – инстинкт. – Дорога простиралась перед ней, пустая насколько хватало глаз. Алекс снова натянула капюшон, защищаясь от ветра. Заклинание не могло защитить её лицо, пока капюшон был опущен.

— Ну что ж, Эзри, идти нам ещё долго. Больше тысячи миль. Пока ещё существовали дороги, путешествие прямо туда занимало шесть недель, и это летом. Но шоссе занесло, так что… скорее всего это займёт у нас большую часть весны.

— Весны!

— Угу, — Алекс не позволила себе почувствовать раздражение. Пусть даже было похоже, что ченжлинг не понимает, что говорит, Алекс всё равно не дала ей ни единого повода думать, что она не испытывает от её поведения глубочайшего удовольствия. – Пойдём, найдём весну.

***

Даже с утеплённой магией одеждой они не могли зимой уйти слишком далеко. Ножки маленькой Эзри не могли тягаться в выносливости с Алекс – и в силу молодости, и потому, что ей не помогала двигаться сила Земли. Когда Эзри уже не могла идти дальше, Алекс несла её на спине до тех пор, пока собственные силы не оставляли её. Когда это случалось, она не пыталась сопротивляться – ведь им предстояло путешествовать несколько месяцев, и пара лишних часов в день не стоили страданий. Если бы она хотела добраться вовремя, она уж точно не пошла бы пешком.

Смотреть вокруг было не на что. В такой близости от Александрии все поля были возделаны, но зимой они, как и всё остальное, были укрыты снегом, и ничем не выделялись на плоской, лишённой каких-либо приметных черт равнине. За дорогой тут иногда ухаживали, караваны чистили её своими тракторами. Когда пришло время привала, Алекс сошла с дороги, аккуратно пряча следы, пока не нашла в снегу овраг. Там она сначала сняла со спины свою усталую пассажирку, а потом и седельные сумки. Их она спрятала в снегу так, чтобы не было видно с дороги, а потом зубами открыла ту, на которой была метка Селестии.

Изнутри потянуло теплом и светом. Внутри находился практически ещё один мир, перпендикулярный тому, в котором она стояла. Дэй подхватила Эзри зубами и забралась внутрь, как будто влезая на край обрыва. Положив свой груз внутри, она потянула за петлю, закрывая сумку за собой. Эзри дёрнулась, издав звук, похожий на удивление, хотя точно понять это было сложно. Алекс не могла так же чувствовать эмоции, но… ей показалось, что это правильное предположение. Она и сама немало удивилась в первый раз увидев это место.

Библиотеку построили мастера-пони из Эквестрии, использовав для этого дерево иной вселенной. Она состояла из трёх уровней. На самом верхнем её опоясывал мезонин, на нижнем находились ряды полок, а в маленьком подвальчике были скрыты дополнительные стеллажи. Всё это освещало яркое свечение синих кристаллов, подвешенных на стенах на манер факелов, и в свисающих с потолка канделябрах. Вся библиотека была построена с точностью викторианского хронометра, и с такой же скрытой красотой и изяществом. Ей было грустно выламывать большую часть полок, все они были произведениями искусства.

Вся библиотека была переделана во внутренности маленького домика. С нижнего этажа убрали полки и книги, заменив их небольшой, плотно закрытой гардеробной, решёткой и ёмкостью для стряхивания снега. Другую стену покрывали свивающиеся трубы сушилки, но она пока не стала обращать на них внимание, вместо этого помогая Эзри, а затем и себе самой выбраться из пропитанных снегом одеяний. Когда ботинки, куртка и штаны были развешаны на просушку, она толкнула стеклянную дверь, отделявшую их от остальной части нижнего этажа. Лишённое полок пространство казалось невероятно громадным. На стенах всё ещё висели эквестрийские гобелены и кристальные светильники, дополненные несколькими новыми зеркалами, которые Алекс повесила, чтобы комната выглядела посвободней.

— Ведь неплохо, правда?

— Неплохо, правда? – повторила за ней полностью проснувшаяся Эзри. Она направилась в застеленную толстым ковром гостиную, пройдя мимо тёмного и холодного электрокамина. Там она запрыгнула на один из мягких диванчиков, а потом на стол у стены.

Алекс не обращала на неё внимания, направившись на кухню, которая выглядела как учебное пособие по истории. Впрочем, она и была историческим артефактом. Алекс не стала уделять ей внимания, подойдя к панели управления. Водородные баки показывали полное заполнение, энергия в норме. Она включила систему отопления, которую требовалось держать включенной всё время, пока они находились внутри. Алекс плохо понимала, как работает клаудикация, но подозревала, что вся эта область находилась в какой-то разновидности темпорального стазиса, когда не была открыта. С другой стороны, если кто-то залез внутрь, полностью закрыть сумки снаружи становилось невозможно, поэтому наружный воздух проникал внутрь. Поэтому вокруг входа и располагалось утепление и стеклопакеты.

— Я не хочу зря тратить энергию пока мы не отошли от мест, где могут встретиться другие пони, — пояснила она, зубами открывая дверцы шкафа. – Так что еду мы не готовим и не используем ничего, кроме обогревателя, пока не добрались до более диких мест. Я… сомневаюсь, что тебе есть до этого дело. Когда закончим с обедом, я тебе покажу всё остальное. Тебе предстоит несколько месяцев делить это место со мной, так что…

Эзри ничего на это не ответила, но осторожно подобралась поближе к Алекс при упоминании еды. Алекс достала банку с овощным супом, приготовленным Скай, и поставила её на стол. Судя по всему, Эзри он не слишком понравился, но она его всё равно съела. От её хорошего поведения зависело одобрение Алекс.

Когда с этим было покончено, Алекс отвела Эзри в подвальный этаж. Большая часть этого этажа была закрыта, наполнена оборудованием, которое позволяло укрытию функционировать, но доступ в спальню и ванную был открыт. В ванной имелись рабочие раковина и душ, но, учитывая ограниченный запас воды, они не воспользовались ни тем, ни другим. Лонли Дэй заранее смирилась с неизбежным спутником всех путешественников – запахом.

После того, как она показала Эзри, где что находится, и несколько раз повторила, что будет требовать от неё того же, что и в Александрии, Алекс отвела измотанного дрона в спальню. Кровать была ещё одним реликтом, матрас из пены, сделанный в HPI, укрытый простынями, сотканными пони. Сама спальня была маленькой и тесной, основную её часть занимали полки и шкафы. Больше всего она походила на внутренности подводной лодки, и по сути это было не так далеко от истины. Всё укрытие было отдельным мирком на самообеспечении.

— Я тебе тут гамак повесила, видишь? Будешь рядом со мной, раз уж тебе это так нравится.

Эзри прыгнула в его сторону, но её одежда прижала крылья так, что они только слегка дёрнулись. Она беззвучно продолжила попытки, подпрыгивая перед гамаком, пока Алекс не заметила это и не поймала её на лету.

— Эзри, тебе придётся научиться говорить словами, когда тебе нужна помощь, — она усадила ченжлинга на кровать и помогла выбраться из одежды. Как только она освободилась, Эзри с жужжанием перелетела в гамак, завернувшись в него так, что видно было только лицо. Алекс перетащила из дома все её одеяла и подушки, чтобы перенести правильный запах. Эзри это, судя по всему, понравилось.

Выключить свет было невозможно: эквестрийские факелы горели невзирая ни на что. Поэтому те, которые висели в спальне, заключили в металлические кожухи, которые можно было повернуть, чтобы загородить свет. Таким образом, осталась только узкая светящаяся полоска. Алекс забралась в кровать и долго лежала без сна после того, как Эзри уже задремала. Следующие несколько месяцев её жизнь будет такой. Она подумала, послушались ли её стражники, или пошлют пони, чтобы её догнать.

Надеюсь, у меня получится, подумала она, глядя на висящий над ней гамак Эзри. Клауди Скайз, помоги мне. Может, лучше было бы попросить о помощи Адриана. Это ведь он первый проявил доброту к Райли? В любом случае, с его стороны было подло так бросать Скай. У него не было отмазки Оливера о невозможности отношений с нестареющей бессмертной.

Думала ли она, что её друзья её каким-то образом услышат? Нет, но это было бы приятно. Если бы она так думала, её жизнь не была бы такой одинокой. Ну что ж, видимо, она не будет такой уж одинокой. У неё был богатый опыт воспитания Коди, во второй раз у неё получится намного лучше.

Тяжело было сказать, когда она пересекла грань между явью и сном. Она перескочила из пустой библиотеки в большую, заполненную всеми книгами, которые она когда-либо читала. Она там была не одна, сегодня её ждал старый друг. В этот раз живой, если таких существ можно назвать живыми.

— То, что я делаю, правда помогает? – спросила она женщину.

— А ты как думаешь? – ответила та, обводя вокруг руками. – Вы занимались этим тысячелетиями. Магия меняет меньше, чем тебе кажется.

— Я не понимаю.

— Даже ты наверняка слышала истории. Ваши дети убегали в лес, где их выращивали собаки, медведи и другие животные. Дичали. Значит ли, что у них никогда не было души?

— Это же абсурдно! Конечно была! Они ведь были обычными детьми, пока не потерялись! Они могли бы быть…

— Предоставленные самим себе в молодости представители твоего вида теряют многое из того, что делает вас особенными.

— Это не поможет Блэклайт. Или Эзри.

— Разве? – судя по всему, высокую женщину не интересовали книги, вместо этого она потянулась к увядающему в горшке цветку. Бледные незабудки снова ярко расцвели в мире снов. – Многие изменения можно обратить вспять в правильных условиях. Дикий лес растит животных. Кого растит семья?

Архив молча смотрела несколько мгновений.

— Думаешь, я достаточная семья для Эзри?

Хранительница кивнула:

— Даже самым ничтожным из этих созданий требовалось меньше, чем любовь целого вида. Если бы ты поняла, ты бы смогла разбудить спящую за несколько секунд, — она повернулась к Архив. – Моя подданная, Райли Оуэнс, не была с тобой откровенна. Она не могла вынести боли, но если бы могла – сказала бы.

— Блэклайт мне не врёт, — но даже отрицая, Архив понимала, что это скорее правда, в которую ей хотелось бы верить, а не правда, которую она знала. Способность различать истину и веру, даже в себе самой, было частью её способностей. Никакой вид долго не выживет, если будет себе врать.

— Райли Оуэнс борется со своей природой. Она отказалась от неё, чтобы служить мне, но это не значит, что она её преодолела. Райли не могла сказать тебе, потому что это показало бы её слабость. Ни один волк не посмеет показать шею сопернику. Даже если ты не волк, поживи среди них три столетия, и посмотрим, не будет ли тебе каждый встречный казаться хищником.

— Я всё равно не вижу лжи, — сказала Архив, — как и того, чем всё это может помочь ченжлингам.

— Дрон, которую ты называешь Эзри, не была самой глупой из её дронов. Видишь ли, Райли утаила от тебя самое важное. Почему она так ценит результаты этого эксперимента. Столетиями она смотрела в пустые лица своего улья, но не может больше терпеть эту муку. Она решила, что лучше совсем не иметь детей, чем таких, у которых нет надежды когда-нибудь стать личностями.

— Но она… она завела по крайней мере одну. Эзри совсем молодая, всего пара лет.

— У неё не получилось дать дрону разум, несмотря на то, что она не жалела ни времени, ни амора. Большее превратило бы её в куколку королевы или самца. Райли оставила надежду когда-либо завести ещё ребёнка. Если у тебя ничего не выйдет, её улей увянет. У молодых королев не хватит ни силы воли, ни храбрости чтобы сделать подобный выбор. Хоть Райли и считается среди своего вида сильной, она скорей станет слабейшей, чем доставит им страдания. Ничего не напоминает?

Архив обдумала слова Хранительницы. Казалось, прошли часы, прежде чем она ответила:

— Ты думаешь, меня хватит. Даже если я могу… разбудить спящую душу… что это изменит? Я ведь не могу вырастить всех дочерей Блэклайт.

— Не можешь. Но ведь ты ничем не отличаешься от остальных моих детей. Тебя просто больше. На что тебе нужна неделя, у них займёт год. Так что дерзай. Подари моей подданной надежду.

— Ты думаешь, что у меня получится, — повторила Архив, больше для себя.

— Разве не поэтому ты здесь?

***

На следующее утро Алекс проснулась от воя бури снаружи, сопровождаемого грохотом и стуком чего-то похожего на град. Но хуже этих звуков были испуганные писки Эзри и то, как она плотно вжалась Алекс в бок. Архив не мог разбудить никакой шум, по крайней мере, когда ей снился этот сон.

— Тссс, Эзри, всё в порядке. Это просто погода снаружи. Она нас здесь не достанет, — может и нет, но это вовсе не значило, что она на них никак не повлияет. Где-то далеко тряслась стенка из ткани, и температура упала как минимум на десяток градусов по сравнению с той, при которой они засыпали. Для земнопони вполне в рамках допустимого, но вот для дрона…

Она поняла, что загнало Эзри в её кровать. Ченжлинги зависели от амора, поставляемого другими видами, и полагались на тепло, поставляемое средой обитания. Без любого из этих компонентов их ждала верная смерть. Алекс попробовала заставить дрона остаться в её всё ещё тёплой постели, но та отказалась позволить ей уйти, не устроив истерику, вполне сравнимую с её первым днём.

— Ну хорошо, как знаешь. Я просто помочь хочу, — Алекс выскочила из постели и не стала сопротивляться, когда Эзри прижалась к её спине. – Чёртов прогноз погоды, они не предупредили, что буря будет так рано утром. Пойдём. – Она толкнула дверь спальни и поспешила вверх по лестнице. Чем ближе они подходили ко входу, тем холоднее становилось, а на первом этаже было так холодно, что даже Алекс содрогнулась. Возле самого входа было ещё хуже.

Библиотеку было невозможно сдвинуть, пока внутри был кто-то живой, ни силой пони, ни какой-либо магией. Как-то раз, ради эксперимента, она положила сумки на большую кучу песка, загнала внутрь Хуана, после чего закрыла клапан и убрала песок. Библиотека повисла в воздухе, как будто подвешенная на невидимом крюке. Алекс не знала, какую нагрузку снаружи может удержать заклинание, но дальнейшие эксперименты прекратила.

Она не боялась, что буря их сдует. Закопает – вполне возможно. Но не сдвинет. Ветер не мог заставить вход распахнуться, потому что открыть его могла только Алекс. Тем не менее, сколько-то воздуха определённо проникало из внешнего мира, потому что температура внутри менялась и пони внутри никогда не задыхались. Судя по всему, обмен шёл быстрее возле входа, потому что когда она открыла теплоизолирующую дверь, её встретил холод арктической пустыни.

Эзри вскрикнула, как будто её ударили, и ещё плотнее прижалась к спине Алекс.

— Знаю! Я на секундочку! – буря снаружи должна была быть действительно внушительной, потому что Алекс почувствовала лёгкий ветерок даже просто стоя у выхода. Она размотала толстый лист блестящей плёнки и брезента, полностью закрыв ими проём. Алекс застегнула молнию по периметру входа, после чего прикрыла её толстым одеялом. Ветер прекратился.

Даже после этого, она вернулась в относительное тепло внутренностей библиотеки, и прямым ходом отправилась на кухню, чтобы вывернуть обогреватели на максимум. Она практически слышала свист сжигаемого внизу водорода. Это действие ей немало стоило… но далеко не так много, как если бы пострадала Эзри.

— Давай-ка подыщем тебе местечко поудобнее, — пробормотала она, направляясь к камину. Алекс включила и камин, вывернув спрятанный внутри обогреватель до упора и усевшись рядом.

Через несколько минут Эзри разжала свою мёртвую хватку и растянулась на полу перед камином как кошка.

— Можно мне теперь встать? – дрон не протестовала, так что Алекс встала чтобы насыпать им обеим зерновых хлопьев и налить молока на завтрак. Ни то, ни другое долго бы не сохранилось, поэтому Алекс не скупилась на размер порции.

— Полагаю, у вас в улье бури случаются нечасто, — пробормотала Алекс, слушая, как Эзри хрустит хлопьями. Заставить малышку есть ложкой у неё до сих пор так и не вышло. Впрочем, в то утро этот вопрос вряд ли был для неё особенно приоритетным. Она даже не попыталась заставить Эзри сидеть за столом, вместо этого устроившись рядом с ней на полу возле камина. – А может ты просто слишком молодая и серьёзных не застала. Я подумывала задержаться в Александрии, пока она не пройдёт, но… в сильные бури обязательно что-то ломается и меня так или иначе припахивают к починке. В этом году я, пожалуй, воздержусь.

Эзри придвинулась поближе, прижавшись к боку Алекс. Она сильно вздрагивала с каждым ударом грома. Жаль, что было так холодно, Алекс очень бы хотела выбраться наружу и посмотреть на всё это вблизи. Ей нравились бури. Клауди Скайз они тоже нравились.

— Не беспокойся, Эзри. Она не может попасть внутрь. Я её не пущу, — она махнула копытом вокруг. – Эту библиотеку строили эквестрийские волшебники, а их заклинания надёжны.

— Надёжны, — прохныкала Эзри.

— Вся крутая обстановка моя, так что она тоже прочная. Превратила тут всё в дом… — Алекс содрогнулась. – Ну, полагаю, начала около века назад. Но не беспокойся… тут всё не такое старое. На сумках какое-то заклинание стазиса. У меня поэтому получилось достать рабочие аппараты.

Дрон не показывала ни следа понимания. Она наслаждалась теплом и впитывала внимание, но ничего не говорила. Через некоторое время она достаточно расслабилась, чтобы можно было от неё отойти. Это было кстати, Алекс уже испеклась от жары.

Прошло ещё три дня, прежде чем буря выдохлась. Три дня, наполненные далёким рёвом ветра и дребезжанием ткани. Как бы это испытание ни было тяжело для Эзри, Алекс успокаивал шум. Он означал, что их не погребло под снегом, это было единственным, что могло доставить им серьёзные проблемы. Сколько ущерба могли принести десять футов снега, открой Алекс дверь слишком резко? Она перепробовала всё, на что хватило воображения, чтобы как-то занять время с Эзри, но у дрона не было терпения для компьютерных и настольных игр, ни малейшего желания смотреть фильмы и никакого интереса к музыке.

В конце концов, Алекс удалось найти, что той нравилось. Книги. Читать Эзри не могла, да Алекс и от пони трёх лет от роду этого не ожидала. Зато слушать она была вполне способна – или, по крайней мере, неподвижно сидеть, пока Алекс ей читала. При этом важным было и держать книжку: хоть Архив и могла легко и без ошибок процитировать всё, что когда-либо читала, Эзри слушала внимательно только если у неё перед глазами был настоящий томик.

Лонли Дэй не пыталась разобраться, почему так происходит, да и жаловаться не собиралась. На верхнем этаже всё ещё сохранилась библиотека, пусть даже только треть полок несла на себе эквестрийские книги. Эту коллекцию уже распространили и многократно скопировали по всему миру, оставив ей только несколько сотен оригиналов. Архив хранила оригиналы самых тайных и опасных книг, содержащих инструкции по достаточно сложной магии, которая могла помочь пролить свет на её собственную природу.

Большинство оставшихся в библиотеке эквестрийских книг были копиями, не оригиналами, со стандартными угловатыми буквами, которые выдавал александрийский печатный станок, и сделанными до События кожаными обложками. Но эти книги повергали её дрона в пучину скуки. Только один жанр достаточно привлекал внимание Эзри чтобы заставить её не обращать внимания на бурю: фэнтези. За эти дни они прорвались через «Братство Кольца» и взялись за «Две крепости».

Когда буря наконец закончилась, скука Эзри от способности Дэй рассказывать истории по памяти, без книжки перед носом, сменилась восторгом. Теперь она становилась дёрганой, стоило им пройти больше часа без продолжения истории. Когда Дэй читала, Эзри никогда не разговаривала, вместо этого идя рядом и внимательно слушая.

На пятый день дороги они прошли через развалины первой деревни. Даже до События в «Канзасе» жило всего несколько сот человек, и хотя в нынешних условиях город с таким населением считался бы довольно солидным, он был настолько мал, что скорее всего ни один его житель ещё не вернулся. За три столетия его почти полностью поглотила природа, за исключением остовов кирпичных зданий и редких торчащих телефонных столбов, всё ещё не упавших несмотря ни на что.

Караванная тропа шла по тому же маршруту, что и старая дорога, хоть дешёвый асфальт на ней уже давно сожрала растительность. Теперь тут росло много деревьев, голые ольхи и клёны стояли как скелет леса, которому предстояло через несколько месяцев возродиться. Лонли Дэй замедлила шаг и между деревьев они шли с уважением, которое пристало бы на кладбище.

— Тут когда-то жили люди, — сказала она своей компаньонке, не скрывая печали в голосе. – Как видишь, природе не потребовалось много времени, чтобы забрать назад дома.

— Видишь, — было непохоже, что Эзри способна понимать абстрактные понятия, но не пыталась ускорить шаг и внимательно смотрела на всё, что показывала ей Алекс. С каждым днём малышка становилась всё активнее, хотя ей ещё предстояло сказать что-то не повторяя за Алекс.

Алекс кивнула:

— Большая часть планеты сейчас в таком виде. Люди раньше были повсюду. Теперь же все места, где мы когда-то жили, угасают.

Эзри, похоже, задумалась над этим, хотя было нелегко сказать, о чём она думает. Но если она вообще думала, то это значило, что Лонли Дэй наконец-то начала добиваться каких-то успехов в своём предприятии.

— Через несколько недель увидишь настоящие руины. Только потерпи, пока мы доберёмся до Сент-Луиса. Там посмотришь на кое-что из того, что человечество когда-то из себя представляло.

Но до этого оставалось ещё несколько недель, наполненных холодными днями и тёплыми ночами. Экономия Алекс позволила растянуть водород на две недели, прежде чем снова пришлось думать о перезаправке. Заправка означала отход от тропы подальше, в холмы, раскатку солнечной батареи и собственно зарядка на протяжении недели. В теории её укрытие могло зарядиться за день, но… это должен был быть полный день летнего солнца.

Когда они добрались до Чарльстона, они на три дня остановились в хостеле для путешественников. Целых три дня горячей еды каждый вечер и горячего душа каждое утро. Чарльстон не дотягивал по размерам и до половины Александрии, но пони в нём были гостеприимны и не задавали лишних вопросов. Алекс даже рискнула подзарядить укрытие, выставив солнечную панель под единственное окно в их комнате.

Перед тем, как снова отправиться в путь, Лонли Дэй написала письмо Райли и заплатила целых два чатла за доставку посыльным-пегасом в Александрию. Написала она немного, не рискнув позволить тому, что она узнала (или, по крайней мере, думала, что узнала) из странных снов попасть в копыта конкурирующим кланам ченжлингов. Возможно ли было, что они знали о её задаче? В день, когда они покинули Александрию, она не пыталась прятать Эзри. Дроном ченжлингов никого в городе было не удивить, но настолько молодые там всё-таки почти не встречались. В Чарльстоне все пони, с которыми она общалась, пришли к выводу, что Эзри была просто вернувшимся человеком, достаточно невезучей, чтобы оказаться ченжлингом, но которой при этом повезло со старшей сестрой, могущей за ней приглядеть. Дэй постаралась ничем не пошатнуть эту веру.

Английский всё ещё оставался языком общения и письменности, хотя некоторые слова поменяли значения и из ниоткуда появился новый слэнг. Дэй не знала, владеет ли Райли какими-то другими языками, поэтому ей пришлось писать насколько возможно туманно.

«Помнишь день, когда Адриан нашёл тебя в городском музее? Он услышал, как ты плачешь и бросился на выручку. Мы не ожидали, что так быстро наткнёмся на новенького, особенно там. Тебе не потребовалось много времени, чтобы произвести на меня впечатление. В конце концов, мы на тебя положились, и ты нас спасла.

Тогда у тебя всё хорошо получилось. Я об этом долго не задумывалась. Хотелось бы мне спросить Адриана, о чём он думал, когда он тебя впервые увидел. Уверена, мне бы он ответил честно, пусть он и повёл себя со Скай как подонок и в конце концов сбежал от неё.

Со мной всё в порядке, я в безопасности. Путешествуем мы медленно, но так и задумывалось. Сколько пони могут сказать, что у них на глазах сгнила целая страна? Думаю, раз уж я всё ещё жива, то можно сходить, посмотреть. Береги себя, я ещё напишу. Если хочешь ответить, посылай телеграфом или пегасом в гостиницу «Старый башмак», в Сент-Луисе, на мой день рождения. Если от тебя вестей не будет, я не стану ждать. Думаю, Адриану бы там понравилось.

Дэй.»

Была ли она параноидально осторожна? Возможно. Но если Хранитель и Блэклайт не преувеличивали важность ситуации… может, немножко паранойи были и не лишними. Жаль, что Эзри ещё не умела превращаться: будь у них такая возможность, они стали бы практически невидимками. Пока что им не попалось даже намёка на опасность, которая не была бы вполне естественной в Чарльстоне, или в течении нескольких дней по пути в Мэттун.

Когда же опасность наконец пришла, к ченжлингам она не имела никакого отношения.

Продолжение следует...